Он тренировался часами, работая всего с тремя мячами, но делал это до тех пор, пока раз десять не проник в бесконечность, переходя от скуки к экстазу и обратно к скуке, так что сама скука стала экстазом. Одежда его промокла от пота и прилипла к телу. Даже когда пошел обычный для Пидруида недолгий и слабый дождь, Валентин не прекратил перекидывать мячи. Дождь кончился, а вместе с ним кончился и день. Вечернее солнце закрыл легкий туман. А Валентин все продолжал жонглировать. Безумный ритм заворожил его. Краем глаза он смутно видел, что по двору постоянно двигаются какие-то фигуры: Слит, Карабелла, скандары, Шанамир, приходившие и уходившие незнакомцы, – но не обращал на них внимания.
Он ощущал себя пустым сосудом, который заполнялся этим искусством, этой тайной, и не смел остановиться, боясь, что потеряет это и снова опустошится.
Затем кто-то подошел к нему, и вдруг оказалось, что в руках ничего нет. Слит перехватил мячи один за другим, когда они пролетали в воздухе. Какое-то время руки Валентина еще продолжали двигаться в заданном ритме, а глаза оставались сфокусированными на плоскости, через которую пролетали мячи.
– Выпей это, – мягко предложила Карабелла.
Она поднесла к его губам стакан с огненным вином.
Валентин выпил его, как воду. Карабелла подала второй стакан.
– У тебя изумительный дар, – сказала она. – Не только координации, но и сосредоточенности. Мы даже немного испугались, когда увидели, что ты не можешь остановиться.
– В Звездный день ты будешь лучшим из нас, – подхватил Слит. – И удостоишься похвалы самого короналя. Эй, Залзан Кавол, что скажешь?
– Я скажу, что он весь мокрый и ему надо переодеться, – прогромыхал скандар. Он протянул Слиту несколько монет. – Сходи на базар и купи ему подходящую одежду, пока палатки не закрылись. Карабелла, отведи его в очиститель. Через полчаса будем есть.
– Пойдем, – позвала Карабелла.
Она провела все еще не пришедшего в себя Валентина через двор и спальни. К боковой стене здания был пристроен открытый сверху очиститель.
– Вот животное! – сердито ворчала она. – Не сказал тебе ни словечка похвалы. Я знаю, хвалить вообще не в его привычках, но ты произвел на него впечатление.
– На Залзана Кавола?
– Да. Он был поражен. Но разве он может хвалить человека? У тебя всего две руки! Да и вообще, он никому доброго слова не скажет. Сюда. Раздевайся.
Она быстро разделась, и он сделал то же, бросив мокрую одежду на землю. Увидев в ярком лунном свете наготу Карабеллы, он замер от восхищения. Тело ее было стройным, гибким, почти мальчишеским, если не считать маленьких округлых грудей и неожиданной выпуклости бедер ниже узкой талии. Под кожей просматривались хорошо развитые мускулы. На крепкой ягодице красовалась татуировка: красно-зеленый цветок.
Она подвела Валентина под очиститель, и они стояли рядом, пока вибрация снимала с них пот и грязь. Не одеваясь, они вернулись в спальни, где Карабелла достала для себя чистые брюки из мягкой серой ткани и камзол. Вскоре вернулся Слит с базара и принес Валентину новую одежду: темно-зеленый камзол с алой отделкой, плотные красные брюки и темно-синий, почти черный, легкий плащ. Этот костюм был куда более элегантным, чем тот, который Валентин носил прежде. Надев его, он почувствовал себя как бы выше рангом и нарочито важной поступью направился вслед за Слитом и Карабеллой в кухню.
На обед было тушеное мясо неизвестного происхождения (Валентин не осмелился спросить какого), обильно смоченное огненным вином. Шесть скандаров сели за один конец стола, а четыре человека – за другой. Ели молча. Насытившись, Залзан Кавол и его братья встали, по-прежнему не говоря ни слова, и вышли.
– Мы их чем-нибудь обидели? – спросил Валентин.
– Это их обычная вежливость, – ответила Карабелла.
Хьорт Виноркис, разговаривавший с Валентином за завтраком, пересек комнату и навис над его плечом, пристально глядя вниз своими рыбьими глазами. Очевидно, у него была такая привычка. Валентин неохотно улыбнулся.
– Я видел, как ты жонглировал сегодня во дворе. Очень здорово.
– Спасибо.
– Это твое хобби?
– Именно. Никогда раньше этим не занимался. Но скандары, похоже, взяли меня в свою труппу.
На хьорта это, кажется, произвело впечатление.
– Вот как? И ты пойдешь с ними дальше?
– Похоже на то.
– А куда?
– Понятия не имею. Это еще не решено. Но куда бы они ни пошли, для меня все одинаково хорошо.
– Ах, свободная жизнь, – вздохнул Виноркис. – Я и сам хотел бы. Может, скандары наймут и меня тоже?
– Ты умеешь жонглировать?
– Я могу вести счета. Я жонглирую цифрами. – Виноркис неистово захохотал и дружески похлопал Валентина по спине. – Я жонглирую цифрами! Тебе это нравится? Ну, спокойной ночи!
– Кто это? – спросила Карабелла, когда хьорт вышел.
– Я познакомился с ним сегодня утром, за завтраком. Это местный торговец, кажется.
Она состроила гримасу.
– Мне он что-то не нравится. Впрочем, хьортов мало кто любит. Безобразные существа. – Она грациозно встала. – Пошли?
