Самым ценным приобретением оказалась одна из девушек. Она была микологом — аналогом травницы. Тут же я отправила ее и одного из новобранцев, по специальности строителя, устраивать подземный источник снадобий для обитателей моего замка, выделив материалы для строительства грибных погребов. Не забыла я и про Радинэль, вызвав ее через интерфейс перенимать чужой опыт и передавать свой. Грибы не только в пещерах росли, но и на поверхности. В лесу я их видела, и Радинэль наверняка использовала какие–то из них в снадобьях. Надеюсь, что коллеги сработаются.
Вторая девушка была мастерицей–ткачихой. Не самая нужная сейчас специальность, но выделка паучьего шелка для эльфов не самая последняя статья дохода. В будущем очень пригодится, но пока вопрос военного использования ее товара до строительства гильдии магов не стоял, а пока не построен рынок, и выход золота от ее работы будет самый минимум, для внутреннего использования. Хотя выходных нарядов у меня и моих слуг, определенно, прибавится.
Последний «мирный» оказался не таким уж и мирным с моей точки зрения. Он был бардом. А это означало, что данный конкретный персонаж вполне может играть марши и гимны, повышающие мораль в бою нам и понижающий ее противнику. Кроме того, этот кадр мог организовать одеон, как под землей, так и на поверхности. Конечно, строиться надо было именно под солнцем, но пока этот вопрос откладывался как из–за нехватки ресурсов, так и из соображений секретности. Это здание, пусть и общее для всех рас, по–настоящему нужно именно нам, Лунным. И слишком многие это знают, чтобы выставлять его на всеобщее обозрение. Как следует подумав, решила дать барду возможность изучить наше поселение, и найти кого–нибудь, кто в детстве счастливо избежал медведей–топтунов, и способен подыграть ему на ритуалах. Боевое применение данного специалиста пока откладывалось. Имен не было ни у кого из нанятых НИПов. Поэтому особенно долго разговаривать с ними я не стала — и без того потратила много времени на Азалайтен и Нэбутея, а ведь планировала достаточно продолжительный ночной маршрут. Мирные остались в замке обустраиваться, Диву я оставила отдыхать после изматывающей переброски отряда через портал, а вся боевая часть нашей группы направилась зачищать окрестности Рудного. Три скаута под командованием Бинжесса, две бестии и Зарда под командованием Чесслайдрилл. Мечник не то охранял меня и безымянную послушницу, не то просто скромно держался позади моих амазонок. Одиннадцать бойцов темных эльфов. И Искра, которая, слегка поворчав мысленно про шило в чьей–то попе, привычно забралась в мой походный рюкзак.
Совсем неплохо для четвертого дня моего правления в этих землях.
Заброшенное кладбище встретило нас непривычной тишиной. По идее создателей игры, подобные объекты должны кишеть нежитью, и чаще всего хорошо спрятанной, и ждущей неосторожных путников. Однако здесь все было как–то слишком уж мирно. Странное место. Но на его самую главную странность первой обратила внимание Зарда.
— А почему это кладбище не огорожено?
В Землях, где покойники вполне могут отправиться погулять и поохотиться в свое удовольствие, делать вокруг любого кладбища высокую ограду, еще и освященную чем–нибудь, есть простейшая техника безопасности.
Вокруг этого кладбища ограды не было.
— Может, местные обитатели уже давно все разбрелись? — неуверенно переспросила я, чувствуя, что говорю глупость. — Кладбище выглядит каким–то… Доисторическим. Могилы заросшие, а надгробные памятники источены временем настолько, что и не разобрать, что же там изображено. Непонятно кого тут хоронили и каким богам поклонялись местные обитатели.
— Если учесть, что совсем рядом живет жрица Ревенансер, то кладбище может быть уже очищенным от обитателей, — заметила Чесслайдрил.
— Я видела ее слуг, это сплошь викинги или дроу. А это кладбище точно не принадлежит викингам, — возразила я. — Движемся к часовне, может, там нам удастся что–то обнаружить.
Развалины часовни сохранились лишь немногим лучше надгробных памятников на могилах. Крыши не было, она давно обвалилась внутрь помещения. Никаких деревянных частей, естественно, тоже не было. Даже металл не выдержал испытания временем. Только камни, из которых вытесали невысокие колонны, арка над входом и часть стен — все, что осталось от строения. В свете луны, ярком для нас, на полу под аркой было что–то, похожее на отпечаток. Когда–то давно деревянная, оббитая по краям металлом двустворчатая дверь, закрывавшая вход, упала внутрь часовни, да так и истлела, оставив на полу отпечаток ржавчины. Периметр дверей просматривался очень хорошо линиями красной ржавой крошки. В центре каждой половинки когда–то давно висел железный щит, который окрасил камни своими остатками. По щиту шла черная полоса и зеленые разводы. За прошедшие годы никто не посещал этого места, а остатки крыши и получившийся завал послужили достаточной защитой от непогоды, так что отпечаток сохранился в настолько хорошем виде, что можно было грубо определить, что же это изначально было.
