– Она у Штильцхена любимица, – бодро сообщила Максин. – Он всегда приглашает её в свой кулинарный клуб.
– Она отлично в него вписывается, – фыркнула Джослин, и я с подозрением воззрилась на неё.
– Не обижайся, просто Анна... очень от тебя отличается, – неловко сказала Кайла. Остальные отвели глаза, и у меня возникло ощущение, что это был вовсе не комплимент. Кайла быстро подскочила и обняла меня. – И вообще, мне просто не верится, что вы здесь! То есть я, конечно, верю, ведь мы дали вам тот каблук, но... – Джослин выразительно кашлянула. – Ну ладно, увидимся утром! – Кайла торопливо кивнула, и мы все отправились в общежитие.
– Да в чём проблема-то?! – не выдержала я.
– Проблема в тебе, Коблер! – ответила Джослин яростным шёпотом. – Я подсунула тебе каблук, чтобы ты оказалась как можно дальше от этого ужасного места и забрала с собой свою безмозглую сестричку! А вовсе не для того, чтобы ты вернулась сюда снова!
Я совершенно не знала, что на это ответить. И вдруг до меня донеслось мяуканье. По коридору шла кошка – обычная небольшая чёрная кошечка. Глянув на нас круглыми глазами, она с мурлыканьем принялась тереться о ноги Джослин.
– Какая милая киса! – Олли наклонился, чтобы погладить ее.
– Не смей! – рявкнула Джослин, отпихнув его руку в тот самый момент, когда кошка отрыгнула огненный шар. Мы едва успели отпрыгнуть в стороны. – Отлично! Должно быть, уже десятый час. Пора отнести госпожу Подходяшку в её корзинку.
Джослин подхватила кошку, завернула её в свой плащ и исчезла в облаке дыма.
– Ох, наверное, мне тоже лучше отправить Апельсинку спать, – с тревогой сказала Максин, и её глаз завертелся в глазнице с пугающей скоростью. – Пойдём, Джилли, нам пора в нашу комнату. Скорее. Бот увидишь, Апельсинка тебе понравится!
– Не понравится, – уверенно шепнула мне на ухо Кайла. – Прячь от неё всё, что сможешь.
Кайла оказалась права. Апельсинка мне не понравилась.
– Прости, пожалуйста! – переживала Максин утром, пока я изучала здоровенную дыру в своём коричневом платье. – Наверное, она просто очень проголодалась. – Обычно к этому времени я уже успеваю покормить её завтраком, но мне не хотелось оставлять её... гм... наедине с тобой.
Кряк! – поддержала её Апельсинка.
От этого скрежещущего звука у меня засвербело в ушах. Апельсинка была (или был?), наверное, самой уродливой уткой в мире. А может, это недоразвитый лебедь? Вроде бы им положено быть гадкими... Вчера Апельсинка предстала передо мной во всей красе: грязно-бурое оперение, зелёный клюв, какой-то красный мясистый нарост под ним и неаккуратный пучок белых перьев на макушке. Но особое беспокойство вызывали у меня её пронзительные маленькие глазки песочного цвета. Иногда мне казалось, что они видят меня насквозь.
Кряк! – сказала Апельсинка и больно цапнула меня за палец.
– Ай! – Я отдёрнула руку, сняла изуродованный фартук, который всегда носила в мастерской, и пристроила его на кровать. – А зачем ты её вообще здесь держишь?
Максин подхватила утку широкой ладонью и нежно погладила ей спинку:
– Вообще-то на ночь Апельсинку полагается сажать в клетку в нашем волшебном живом уголке, но мне не нравится её там оставлять. Другие животные всё время её задирают.
Я с сомнением покосилась на Апельсинку.
– А ты уверена, что не наоборот? – Утка злобно зашипела. – Погоди... Она что, понимает, о чём я говорю?!
– Понятия не имею, – пожала плечами Максин. – Знаю только, что Апельсинка сама меня выбрала. Все волшебные животные сами выбирают себе хозяев. И когда оказываются в комфортных условиях, проявляют свои магические таланты. – Максин нахмурилась. – Апельсинка пока единственная из всех, кто не проявил никаких необычных способностей. Она просто всё время ест то, что не следует, а потом иногда... Ой-ой.
Апельсинка издала какой-то странный звук и принялась взад-вперёд водить шеей. Максин отодвинула её от себя, держа на вытянутых руках, и в тот же миг утка смачно отрыгнула на пол куски моего фартука и ключ от мастерской, который я носила в переднем кармане. Максин опустила Апельсинку на пол, и та довольно потрусила прочь.
– Сейчас я всё тут уберу, – виновато сказала Максин. Достав баллончик «Эльфийского очистителя», она побрызгала на безобразие на полу, которое тут же посинело, заискрилось и с тихим хлопком исчезло. Отличная всё-таки штука этот очиститель. Всегда хотела завести такой дома. Кстати, теперь, наверное, мы вполне можем себе это позволить.
Я неуверенно взяла в руки клочок фартука и оглядела слишком просторную ночную рубашку, которую Максин одолжила мне на ночь.
– Ладно, а во что же я буду одеваться? Родители пока не прислали мои вещи.
– Так ведь твоя форма уже готова! – приободрилась Максин. – Посмотри, она висит в шкафу.
