– Прошу тебя, не приходи сюда сейчас. Я должен еще осмыслить некоторые вещи.
– В чем все–таки дело, Джим?
– Все это невероятно, Кэрол, просто сверхъестественно. Увидимся позже.
Кэрол повесила трубку и села у телефона, сбитая с толку и обеспокоенная настроением Джима. Уже бывало, что, когда возникали проблемы, он замыкался в себе, обдумывал их, но потом приходил с готовым решением. Но он так подавлен! Она не помнила, чтобы он когда–нибудь был в таком ужасном состоянии.
Кэрол взяла себя в руки и встала. Что бы там ни случилось, вдвоем они с этим справятся. Она отработает день в больнице, а вечером они все решат. Кэрол пошла в душ. Сегодня дочери Додда должны забрать его домой.
Хотя бы что–то хорошее случится сегодня утром! — подумала Кэрол.
Она позвонила Джиму еще раз в десять пятнадцать, в свой перерыв на кофе, из будки в вестибюле больницы, где можно было говорить относительно без посторонних, в отличие от помещения отдела социальной службы. Но Джим по–прежнему что–то недоговаривал и был взвинчен, возможно, еще больше. Она подумала: не сумеет ли помочь Билл? Ему Джим признается, в чем дело.
Когда она вынимала из кошелька еще одну монетку, через главный вход вошли дочери Додда Кэтрин и Морин. Кэрол стала торопливо набирать номер.
2
Профессор Альберт Кэлдер и его жена Джейн показались Биллу снобами из тех, кто считает себя интеллектуально выше большинства других представителей рода человеческого. Но это неплохо, в особенности если они усыновят Никки; они и должны быть выше, чтобы шагать в ногу с этим парнишкой.
Пока что Билл присутствовал на двух встречах потенциальных родителей с мальчиком здесь, в приюте, и они прошли хорошо. На Кэлдеров произвел впечатление живой ум мальчика, а Никки почувствовал, что может вести себя в своей обычной манере вундеркинда, не опасаясь отпугнуть взрослых. Характеристики, представленные Кэлдерами, показывали, что они солидная бездетная пара с приличным доходом и, хотя не очень активны в своем приходе, по крайней мере, регулярно ходят к мессе.
Все выглядело как союз, заключенный на Небесах.
Теперь предстояло пребывание Никки в семье во время уик–энда. Кэлдеры явились к Биллу, чтобы обсудить это.
– Хорошо, святой отец. Мы обо всем договорились, – сказал профессор Кэлдер. – Я заберу его в пятницу после школы.
Кэлдеру было за тридцать. Он носил сильные очки в роговой оправе, аккуратную вандейковскую бородку и длинную стрижку, его темные волосы, тронутые ранней сединой, закрывали уши. На локтях его твидового пиджака были нашиты замшевые заплаты. Всем своим видом Кэлдер демонстрировал свою принадлежность к высокому званию преподавателя колледжа.
Джейн Кэлдер была невысокой, улыбчивой, полной женщиной с рыжими волосами.
– Мы просто не дождемся, когда он появится у нас, – сказала она.
– Я знаю, что Никки тоже ждет этого с нетерпением.
Зазвонил внутренний телефон, раздался голос сестры Мириам.
– Личный звонок вам, святой отец, по второму аппарату.
– Скажите, чтобы подождали.
Профессор Кэлдер встал и крепко пожал ему руку.
– Отец Райан, нам было очень приятно познакомиться с вами.
– Взаимно, уверяю вас, профессор. – Он обменялся рукопожатиями с миссис Кэлдер и проводил их в холл. Они знали, где выход.
Билл был в прекрасном настроении. Сомнений нет, вопрос с Никки решен – он покидает приют Святого Франциска и уходит в семью, где найдет пищу для ума и тела и духовную поддержку. Конечно же, прежде всего предстоящее усыновление вызывало у Билла радость. А кроме того, ему вчера звонили из мэрилендского управления ордена, чтобы уточнить некоторые моменты его биографии. Это могло означать, что либо Лойола, либо Джорджтаун заинтересовались им. В любом случае он окажется в столице или близко от нее, в самой гуще событий.
Никки, старина, мы оба выбираемся отсюда!
Он взял трубку:
– Отец Райан слушает.
– Билл, это Кэрол, Кэрол Стивенс. Мне нужна твоя помощь.
При звуке ее голоса он невольно ощутил радость, хотя голос этот звучал взволнованно и напряженно.
– Что–нибудь случилось?
– Это насчет Джима. Он читал дневники доктора Хэнли, надеясь выяснить, кто была его мать. Мне кажется, то, что он обнаружил, совершенно вывело его из равновесия.
– Что именно?
– Не хочет ничего мне говорить. Я очень беспокоюсь, Билл. Такое впечатление, что у него не выдержат нервы. Мы договорились обсудить все сегодня вечером, но этого так долго ждать! Я подумала: возможно, ты сумеешь…
– Сейчас же ему позвоню, – сказал Билл.
Облегчение, которое она испытала, ощущалось даже по телефону.
– Ты позвонишь! О, благодарю. Мне совестно взваливать это на тебя, но…
– Кэрол, для того и существуют друзья. Не думай больше об этом.
Записав номер телефона и попрощавшись, Билл немного посидел, держа руку на трубке и обдумывая услышанное.
Снова Кэрол. Казалось, от нее невозможно убежать. Когда он уже решил, что сумел справиться с собой, достаточно было ей сказать несколько слов по телефону, и он снова пылает. Это должно прекратиться, он должен положить этому конец.
Но прежде всего следует заняться Джимом.
