После трудного спуска на дно рва и путешествия сквозь туман по дну ущелья лестница — даже такая крутая — казалась роскошью. Магда тщательно освещала каждую ступеньку, прежде чем ступить на нее. Она могла оказаться сломанной. Тишину внутри каменного цилиндра нарушали только ее шаги, пока она поднималась, сделав два полных витка и преодолев две трети подъема.
Здесь она почувствовала дуновение ветерка справа и услышала странный звук.
Девушка замерла, дрожа в холодном воздушном потоке, прислушиваясь к мягкому отдаленному звуку, похожему на шарканье. Звук был неравномерным по силе и ритму, но непрерывным. Быстро направив луч фонарика вправо, Магда увидела узкий проем высотой футов в шесть. Она видела его и прежде, когда исследовала замок, но не фиксировала на нем внимание. Помнила только, что ни звуков, ни ветерка тогда не было.
Девушка осветила отверстие, надеясь увидеть источник непонятного шума, и в то же время замирала от страха.
Только бы не крысы! Господи, пожалуйста, сделай так, чтобы там не было крыс!
Однако она не увидела ничего, кроме земляного пола. Шаркающий звук вроде бы шел из глубины пещеры. А еще правее, футах в пятидесяти, она различила тусклое свечение. Магда выключила фонарь и в темноте отчетливо увидела бледный желтоватый свет. Прищурившись, девушка разглядела контур лестницы.
И тут внезапно поняла, где находится. Она видела нижний подвал только с восточной стороны. А свет проникал туда сквозь пролом в полу верхнего подвала. Всего две ночи назад она стояла возле этих ступенек, пока отец рассматривал… трупы. Если сейчас ступени находятся справа, значит, слева лежат восемь мертвых немецких солдат. И все же звук не прекращался: он доносился из дальнего конца подземелья, если, конечно, у этого подземелья вообще был конец.
Магду передернуло, но, взяв себя в руки, она снова включила фонарик и продолжила путь. Оставалось преодолеть последние ступеньки, и девушка направила луч вверх, туда, где они исчезали в темной нише. Увидев нишу, она приободрилась, так как знала, что потолок, выхваченный лучом из мрака, был одновременно полом первого этажа башни — там находился отец. А ниша была в стене, разделявшей две его комнаты.
Магда взбежала на последние ступеньки и оказалась на площадке. Она прильнула ухом к большому камню справа, который, как и подвижный блок внизу, был прикреплен с помощью скрытых петель. Из–за стены не доносилось ни звука. И все же она ждала, заставляя себя терпеливо прислушиваться. Ни звука шагов, ни голосов. Отец был один.
Девушка толкнула камень, рассчитывая, что тот легко отойдет в сторону. Но плита не сдвинулась с места. Магда налегла на него всем телом. Бесполезно. Скорчившись и чувствуя себя запертой в этом узком пространстве, Магда лихорадочно пыталась сообразить, что же такое произошло. Пять лет назад плита поворачивалась очень легко. Возможно, за прошедшие годы замок просел и от этого испортились замысловатые петли?
Ей захотелось постучать фонариком по стене. По крайней мере, отец догадается, что она здесь. Ну а потом что? Он ведь все равно не сможет помочь сдвинуть камень. А вдруг звук услышат часовые или один из офицеров? Нет, лучше не надо.
Но ей необходимо попасть к отцу! Девушка снова попыталась сдвинуть камень. На этот раз она уперлась спиной в блок, а ногами — в противоположную стену и как могла напряглась.
Никакого результата.
Пока она беспомощно сидела возле плиты, злая и разочарованная, ее вдруг осенило: возможно, в башню можно попасть через нижний подвал! Если там нет часовых, она доберется до двора, а если во дворе еще не зажгли свет, незаметно преодолеет небольшое пространство до башни и попадет к отцу. Однако здесь столько «если»… впрочем, в случае необходимости она может сразу же вернуться обратно. Разве не так?
Магда бегом спустилась к отверстию в стене. Холодный ветерок и шаркающие звуки не исчезали. Девушка скользнула в проем и направилась к ступенькам, ведущим в верхний подвал, ориентируясь на проникающий сверху через пролом в полу свет. Она старательно освещала дорогу прямо перед собой, всячески избегая направлять луч влево, туда, где, она знала, лежат трупы.
Вдруг девушка почувствовала, что с каждым шагом ей все труднее и труднее идти. Разум, чувство долга и любовь к отцу настойчиво звали ее вперед. Но что–то давило, удерживало, тормозило. Какие–то животные инстинкты в дальних уголках мозга пытались вернуть ее назад.
Но Магда упорно шла, отметая все предупреждения разума и инстинкта. Теперь ее уже ничто не остановит… даже эти пляшущие тени в дьявольском хороводе. «Это всего лишь игра света, — твердила себе Магда. — Надо не останавливаясь идти вперед, и все будет в порядке».
Она уже почти добралась до лестницы, когда увидела на нижней ступеньке движущуюся тень. Девушка едва не закричала, когда при свете фонарика увидела, что это такое.
Крыса!
