— Не приставайте к нему, мистер, — вступилась толсту-ха Сабина, не прекращая орудовать скалкой. — Он находился в кухне, и я сама подогревала ему похлебку для псов. Да он только вышел, когда начался переполох.
Почему-то у Стивена сложилось впечатление, что от него что-то скрывают, как это принято в Сент-Прайори, в чем особенно упорствовал именно погибший управляющий. И теперь все словно объединились, чтобы следовать прежней традиции. Для себя Стивен решил, что попозже все же поговорит с мальчиком.
Он окинул всех пристальным взглядом:
— Вы должны понять, что я не просто так расспрашиваю вас. Мне и дела нет до всяких историй о призраках. Особенно о призраках, сталкивающих стариков с восьмиярдовой высоты. Поэтому я считаю, что Патрика Линча попросту убили. И моя обязанность как помощника шерифа выяснить, кем было совершено убийство.
Он осекся, поняв, что вряд ли поднимет свой и без того невысокий престиж, если начнет вдаваться в объяснения перед прислугой. Одновременно он отметил, что его слова не удивили челядь. Последовало какое-то удрученное молчание, словно они были согласны с ним, но предпочитали по-прежнему хранить мысли при себе. Что ж, если разговора не выйдет, он будет говорить с ними тем языком, который они понимают, — языком официального лица, требующего подчинения.
Допрос мало чем помог. Оказалось, что большинство из них, как часто бывает в таких домах, попросту собрались здесь после отхода хозяев ко сну, чтобы выпить рюмку перед затухающим камином и потолковать о своих делах. Здесь был Джек Мэррот, служанки Кэтти и Долл и ныне отсутствующий второй охранник Томас Легг, супруги Шепстон — Мэтью и Ребекка. А вот их сын Ральф отсутствовал, так как находился в это время у Энтони Робсарта, ибо того мучила бессонница, и он вел с юношей богоспасительные речи. Сейчас длинный как жердь Ральф невольно хихикнул с явной издевкой. Что ж, преподобного Энтони, родившегося в Сент-Прайори, но долго жившего вне стен замка и поселившегося здесь, по сути, недавно, слуги не жаловали, как и остальных чужаков. По крайней мере, это вычеркивало из круга подозреваемых и сэра Энтони, и Ральфа. Не было в кухне в тот злополучный час и горничной леди Евы, так как Нэнси уже спала.
Стивен тяжело вздохнул. Все они выбежали из кухни лишь на шум, узнать, что же произошло. Тогда они все были напуганы, но сейчас удивительно спокойны, даже едины в этом спокойствии. Стивен понял, что ничего не добьется, и решил поступить иначе. Он оставил их, но, поднявшись по лестнице, попридержал шпагу, чтобы не стучала по ступенькам, и осторожно вернулся, замерев у дверей.
— Неужели это и в самом деле призрак? — раздался взволнованный голос служанки Долл.
— Все может быть, — сказал Мэтью Шепстон. — Я уже много лет живу в Сент-Прайори, и хоть считаю, что каждый замок должен иметь в себе нечто этакое, но, клянусь Богом, сам-то ничего подобного не видывал. А ведь я знаю замок, как никто. С закрытыми глазами пройду по всем закоулкам.
— Призрак, призрак, — проворчала кухарка Сабина. — Мы-то ведь все знаем, что это был за призрак.
— Молчи, женщина! — прервал ее охранник Бен. — Я готов ставить голову на отсечение, что ты ошибаешься. Кому, как не мне, это знать.
Последовала долгая пауза, а затем Нэнси взволнованно произнесла:
— Может, нам стоит ему сказать? Сколько это будет продолжаться?
— А ты пойди посоветуйся со своей госпожой, — развязно бросил Джек. — Вмиг лишишься места.
Опять последовало молчание.
— Бедный старина Патрик, — со вздохом произнесла Сабина. — Рано или поздно это должно было случиться.
— Говорю, ты не о том толкуешь! — почти гаркнул обычно спокойный Бен. — И я, и Томас можем поручиться в этом. А вот что так напугало мисс Рэйчел, это вопрос. Она ведь ничего не боится — ни призраков, ни гоблинов, ни оборотней. А тут едва не выдала все.
Несколько реплик прозвучало так тихо, что Стивен ничего не разобрал. А потом раздались быстрые шаги, и Осия распахнул дверь прямо перед носом Стивена. Увидев его, мальчик издал сдавленный возглас, и лицо его исказилось таким ужасом, что Стивен испытал даже злость. Он видел, как все замерли, глядя на него, и почувствовал смущение, что его застали за подслушиванием. Но чувство долга вернуло ему уверенность, и он спокойно оглядел присутствующих.
— Вы думаете, я рано или поздно сам не докопаюсь до истины?
Они были растеряны, а потом на Стивена словно повеяло упрямой враждебностью их взглядов. «Эти будут стоять до конца», — понял он и молча удалился.
