Рассказ о похождениях весьма странного попаданца, который не факт, что таковой. В весьма странном мире, весьма замороженном, во многих смыслах. Магия — есть, антураж 19 века — есть. Даже романтика и профессорство, в определённом смысле, есть. Но всё несколько замороженное или отмороженное — вопрос точки зрения.Некоторым образом примыкает к фанфику «Минус двадцать градусов по Кельвину», не являясь при этом его продолжением и вообще фанфиком.
Первые минуты пребывания в нигде я провёл в некотором ступоре. Что вполне объяснялось местом моего пребывания. Полнейшая сенсорная депривация, отсутствие каких бы то ни было сигналов извне. Да и понять, были ли это минуты или часы, толком не выходило, поскольку единственной «точкой отсчёта» были мечущиеся и неконструктивные мысли, на тему «вот и всё, а скоро я свихнусь».
Возникали эти мысли не на пустом месте, потому как разум наш, при всех своих недостатках, пустоты не приемлет, ну и заполняет её, чем может. Для начала — галлюцинациями, а, через какое-то время даже обретение сенсорной информации не помогает — разницу между фантазией и реальностью я перестану наблюдать.
Если вообще что-то «вернётся», с несколько горькой иронией отметил я, начав вспоминать, кто я, что я, ну и какого Зерефа я тут оказался. Не самое глупое занятие перед прощанием с крышей.
Итак, первую жизнь, причём именно жизнь, я помню вплоть до своей безвременной кончины: чуть больше тридцати лет, закончившихся под летающим грузовиком с мороженым. Прихлопнувшим на московской трассе рокера Мороза.
Вторая, в роли мага льда, причём в довольно забавном Мире, знакомом мне по японскому мультику. Грей Отмороженный — это звучит отмороженно.
И, очевидно, деяния именно меня как мага и привели мою невиновную персону в текущее ничего моего пребывания.
Дожив до двадцати с лишним лет, где-то ломая, а где-то помогая «канону», я был весьма довольным и счастливым типом: высокий и реализованный магический потенциал, две любящие как меня, так и друг друга подруги, подрастающие дети и исследования. Единственное, что меня несколько напрягало, это возможная перспектива перерастания нашего весьма гармоничного трио в вульгарный гарем. Предпосылки к этому были, как социокультурные, так и маго-биологические, но я успешно превозмогал. Просто излишне, не нужно, трата времени и сил, которые можно потратить на развитие, исследование, детей — масса дел, в общем.
Вот исследования меня и к текущему положению и привели: наш гильдмастер, Макаров Дреяр, был чертовски стар. И в связи с этим незначительным фактом имел намерение умереть, чего мне довольно сильно не хотелось. Соответственно, в компании со своим бывшим учителем, мы разработали «лекарство от старости». Естественно, не лекарство как таковое, а комплекс алхимический и эфирных воздействий, но по сути — так.
И даже применили его на мастере, что помогло, он начал оживать и «выздоравливать от старости», но…
Меня настигло проклятье, причём хорошо, что только меня, а не нас с учителем. Довольно иронично в этой ситуации было то, что Ур, мой учитель магии, дама за тридцать, не без помощи моих скромных усилий (и собственного, типично девчоночьего нетерпения), была девчонкой. Лет пятнадцати, на момент того, как меня прокляли.
Причина моего проклятья заключалась в том, что в эфирном плане Земного Края, Мира моего пребывания, болтался гнусный божок Акселам. Проклиная гадким, сводящим с ума и гарантированно летальным, неснимаемым проклятьем «делающих мёртвое живым» воскресителей.
И хоть мастер был жив, но божка это не остановило. А, возможно, деяния мои переполнили «чашу терпения» этой сволочи. В общем, не суть.
Суть в том, что у меня было весьма мало времени, по истечении которого я либо отказывался от своего проклятого тела (а основатель нашей гильдии и ейный любовник без них обходились, коммутируя с окружающим миром мысленными проекциями, да даже друг с другом, в сексуальном плане). Либо начинал как умирать, так и нести смерть всем окружающим выбросами проклятого эфира. В общем, гадкое проклятье, жить с которым у меня не было никакого желания, а лет через тридцать не было бы и возможности.
И, не без помощи учителя, а также своего не самого скудного разума, ну и некоей неизвестной, но при этом весьма полезной матери, решение избавления от прокли нашлось.
Довольно быстро, до негативных последствий от прокли для меня и окружающих. Но… я тут, а значит, наверное, умер. Хотя…
От этого «хотя» меня пробрал несколько истерический, пусть и внутренний, смех, правда, на сердце несколько полегчало.
Итак, проклятье проклинало тело, именно тело мага, имея некие не до конца понятные критерии и привязки на мозг, причём именно физический мозг. И я… точнее, похоже, Грей и Ур «обманули» проклятье. Сделали идентичный клон. Грей, с помощью менталиста и весьма сложного заклинания Архива, сделал слепок памяти и «подменился», сбросил проклятье на клона, тут же и утилизированного. Так и не приводимого в сознание, поскольку была это заготовка, просто кусок мяса… И это, судя по всему, был я.
Фактически новорождённый, обретший сознание, уже умерев, что весьма иронично.
Иных вариантов можно придумать массу, но безжалостная бритва Оккама их отсекает. Кроме того, если по совести, я и Грей — одно и то же. И тот факт, что девочки и детишки остались со… с Греем, искренне радует. Умри я… он, им бы было весьма больно, плохо и одиноко.
