– Привет, Лёля! – кричит Никиткин друг Дима, как только распахивается калитка.
– Привет, красавчик, проходи, – отвечаю я и обнимаю парня, как родного.
– Только я не один, – шепчет он мне. – Ничего, что я с девчонками?
– Как же вы на дачу, да без девок, – понимающе улыбаюсь я. Я никогда ничего не запрещала парням – пусть пробуют молодость на вкус. Лишь бы у меня на виду, а не где-то в подворотне. Хоть они совсем не глупые, но вот приглядывать за молодёжью всё же лишним не будет.
– Выгружайтесь, – радостно кричит Димка остальным за калитку.
Во двор заходят две незнакомые мне девчонки в коротких юбках и на каблуках. Я молча оцениваю их прикид. Кто так на дачу-то одевается?
– Света и Вика, – представляет их Димка. – А это – Лёля! – с теплотой произносит он моё имя.
– О, вот и они! – встречает Никита друзей и помогает им устроиться на садовом диванчике.
– Это и есть твой сюрприз? – без энтузиазма спрашиваю я у Никиты так, чтобы никто, кроме него, не слышал. Если он мне ещё и девочку в дом приведёт, то настанет конец моей спокойной жизни, (если он ещё не настал). Не та сейчас уродилась молодёжь для отношений, тем более ранних.
– Ну, типа того, – подозрительно улыбается сын. – Мы с ними пару дней назад познакомились, – шёпотом делится он.
Я тут же хватаю его за руку, замечая зажигалку в его ладони. Никита не курит. Это я точно знаю.
– А это тебе зачем? – недовольно интересуюсь я.
– Вика дала, – отмахивается он, смеясь.
– Это я уже и так поняла, – недовольно бурчу я, как сварливая бабка.
Ну что за молодёжь пошла? Знакомы без году неделю, а уже переспали наверняка. Мне однозначно не нравилась девушка, позволяющая такое на первом свидании.
От разговора меня отвлекает глухой цокот тяжёлых каблуков по соседской бетонной дорожке.
– Опять гулянку устроили. Всю ночь теперь спать не дадут. То и гляди, участкового вызывать придётся, – бубнит Раиса Дмитриевна за забором так, чтобы её было слышно всем, а не только её пуделю.
– А вы, Раиса Дмитриевна, меньше за другими смотрите, – не выдержав, кричу я ей. – А ещё лучше, взяли бы, да и пришли к нам. Сейчас и дядя Гриша подойдёт. Все вместе отметим Первомай, – делаю я очередную попытку заиметь с соседкой хотя бы нейтральные отношения. Не люблю я, когда с соседями не ладится. Мы же живём рядом, должны дружить, помогать друг-другу. Это же так прекрасно. А конфликты ни к чему не приводят. Но не в нашем случае. Дружить с Раисой Дмитриевной – это совать руку в рот крокодилу. Откусит и не подавится.
– Делать мне больше нечего, как плебеям уподобляться, – отвечает она и напоследок громко хлопает своей входной дверью.
– Вот же карга старая.
Через десять минут к нам присоединяется Олеська. Она хоть и моя ровесница, но тоже не против компании молодёжи. Не даром мы с Леськой давно дружим. Хотя мы с ней и полные противоположности по характеру. Она, в отличие от меня, спокойный человек, много не пьёт, всегда контролирует себя и ситуацию. Мне очень комфортно рядом с ней, Леся будто гасит мой огонь, когда это нужно. Ещё и работаем мы вместе. Теперь вернее будет сказать – работали…
– Ну, рассказывай, – спрашиваю я, когда мы уселись за стол, чтобы наконец насладиться холодным пенным напитком. – Андрей Витальевич сильно орал, когда я ушла?
– Знаешь, удивительно, но нет. Он вышел из кабинета задумчивый, но, вроде как, вполне довольный, – рассказывает Леся, пожимая плечами.
– Вот гад. Так и знала, что он давно от меня избавиться хотел. Теперь радуется, козёл, – залпом допиваю я кружку. Обидно. Ведь все лучшие проекты – мои. Даже сам Сансаров иногда говорил об этом. И что в итоге?
– Не переживай, Лёль, найдешь себе другую работу, ещё лучше. Ты у нас вон, пробивная какая! – говорит Леська, поправляя очки на носу. – А талантливые люди все непростые по характеру. Зря он не остановил тебя. Хотя мне кажется, что он опять что-то задумал. Он ведь редко что-то делает просто так.
– Ладно, не будем больше об этом, – отмахиваюсь я и наливаю еще напитка в стакан.
Все сидят, отдыхают. Из колонки льётся негромкая музыка. Никитка развалился на крыльце с друзьями. На улице уже смеркается. Я решаю, что уже пора разводить мангал. Поэтому прошу сына принести шашлык.
– Милый, тащи мясо! – зову я его, называя по фамилии.
Одна из девиц, которую Дима представил как Вику, бросает на меня такой взгляд, что мне становится не по себе. Никитка выходит из домика с кастрюлей замаринованного мяса и подает её мне.
– Держи, Лёль, – говорит он и чмокает меня в щёку.
Краем глаза я вижу, как Вика подскакивает с крыльца и несётся на выход. В голову приходит понимание, что ситуация для незнающего человека может выглядеть двояко. Мне-то всё равно, а Никита убегает объясняться.
– Ну, правильно. Не оставлять же девочку одну, тем более, на незнакомой местности, – понимающе говорит Олеська.
– Да пусть идёт, – бросаю я в ответ и оглядываюсь на Диму, который тоже уже куда-то пропал.
– Зато у тебя шашлык получается вкуснее, чем у них, – радуется Олеська.
– Да, что-что, а мясо я готовить умею! – потираю я руки.
