Мы договариваемся в скорейшем времени созвониться, встретиться, заняться любовью, провести остаток жизни вместе… Франсуа целует меня на прощание, и его искалеченный неудачной одеждой силуэт проглатывает пестрая толпа туристов. Оказавшись в приятной прохладе апартаментов (и вспомнив попутно, что их оплата теперь – моя обязанность) я устало обрушиваюсь на диван. Вытаскиваю из кармана шорт мятую бумажную требуху. В центре сморщенного белого листка пылает лакончиная чернильная строчка «Je t’aime». Брюнетка громко кричит « браво », забрасывая меня цветочными ошметками и мелкими монетами. Блондинка взгромождается на кровать и принимается ошалело скакать, размахивая в разные стороны руками. А я сворачиваюсь в клубочек и горько плачу. Увидев мой умытый слезами анфас, они обе одновременно останавливаются и, вылупив глазищи, стучат кулачком себе по лбу : « Ты в своем уме? » Я отмахиваюсь от них. Этим двум курицам ни за что на свете не понять происходящие у меня внутри метаморфозы. Я и сама едва ли смогу сейчас разобрать по полочкам и обратить в слова ту многогранную гамму противоречивых чувств, что безжалостно терзает мое существо. Впрочем, оставим самоанализ Франсуа, а я просто выплесну эту мучительную горечь водопадом спасительной влаги, выкурю умиротворяющую сигаретку и безответственно забудусь за просмотром какого-нибудь любимого, затертого до дыр ДВД. Кастинг на роль последнего с успехом проходит известная мне наизусть комедия «Роковая красотка». Когда Ирэн в очередной раз бросает поиски богатого спонсора, выбрав любовь в шалаше с пучеглазым бессеребрянником в исполнении Гада Элмале, я разочарованно щелкаю пультом. Такой слезлявый неправдоподобный финал может быть только в кинематографе, но никак не в реальной жизни. Проеденная насквозь вирусом роскоши женщина, если и решит довольствоваться качественным сексом, лишив себя привычного антуража, но долго все-равно такое затмение не продлится. Да, и мужчина… Вон сам Гад (увивительно говорящее имя у человека, кстати), бросив выводок детишек, спелся с монакской принцессой. Люкс это наркотик, однажды подсев на который, уже очень сложно вернуться назад к нормальной среднестатестической серости – общественному транспорту, супермаркетами, фаст-фуду, некачественным китайским шмоткам…
«Взгляните на нее» прорезается голос брюнетки, «Учила лопуха Франсуа наслаждаться жизнью, а сама? Когда самое время радоваться и праздновать победу, размазывает крокодиловы слезы по щекам и мучает себя какой-то неуместной ерундой. Кто тебя просит привыкать к китайскому трепью, дубина? Тебе сегодня миллионер признался в любви! Выйдешь замуж, отполируешь этот брильянт, еще все знакомые обзавидуются!» Она безусловно права. Только от признания в любви до предложения руки и сердца мне еще придется пройти непростой, усеяный колючками путь. И сейчас, нежась в уютном коконе моего домашнего гнездышка, я еще даже не представляю, какими многочисленными и какими острыми окажутся эти колючки.
Глава 10
Блондинка в шоколаде
