– Да. – Катя твердо кивнула. Гектор Шлемоблещущий под занавес желает понаблюдать Симуру на месте трагедии. Пытается закончить день с максимальной пользой для их авантюрного предприятия.
– Выдвигаемся, – почти приказал Гектор. – Дорогу-то, самурай, найдешь?
Симура нахлобучил свой черный мотоциклетный шлем. Гектор и Катя сели во внедорожник.
Лес, лес, лес… сумерки сгущались. А они мчались по разбитому проселку, рассекавшему чащу. Впереди – красные габаритные огни мотоцикла. Он вел их за собой. Ни одной машины не попалось им навстречу. В просвете среди деревьев – узкая багряная полоса на темнеющем вечернем небе. Похожая на длинную кровавую рану… от косы-литовки… Взмахнули ею и… распороли осенние тучи…
Лесной проселок сменился заросшей колеей с выбоинами и ямами, полными воды. Мотоцикл впереди вилял, объезжая их. Никто сюда не заглядывал с давних пор. Потом и колея закончилась, они ехали сквозь лес и внезапно уперлись в гнилой черный забор, потемневший от непогоды. Симура остановился. Гектор тоже. Достал из армейского баула фонарь, помог Кате выбраться наружу. Вековые ели окружали их. В заборе среди буйных кустов – еле заметная калитка. Ни замка, ни цепи на ней. Симура попытался ее открыть, у него не получилось. Калитку плотно опутали заросли, обвил засохший вьюнок.
– Выбить ногой проще пареной репы, – заявил Гектор. – Тебе, правда, ее потом на место прилаживать придется, молотком стучать. Не оставлять же двор настежь. А давайте махнем через забор? Легко.
Но Симура упрямо пытался открыть калитку.
– Пенаты, зашибись! – Гектор плечом отодвинул его и потянул калитку на себя. Гнилое дерево затрещало. Гектор дернул сильнее и, ломая ветки кустов, разрывая вьюн, расширил проход. Симура первым юркнул боком в щель.
– Катюша, осторожно, здесь гвоздь ржавый торчит сбоку, – предупредил Гектор.
Катя в сумерках, естественно, не заметила никакого гвоздя. Гектор снова мощно дернул калитку, встал спиной к деревянному столбу, отгораживая от него Катю. Прижимаясь к мужу, она протиснулась на участок. А Гектор повернулся, включил фонарь и посветил на столб. Он ощупывал здоровенный ржавый гвоздь, вылезший наружу и согнутый под необычным углом. Катя видела в свете фонаря: Гектор изучает именно место сгиба, касаясь его пальцами. Что его привлекло в старом гвозде?
Впереди маячили сплошные заросли. Катя попыталась продраться сквозь них. Ветки хищными пальцами моментально вцепились в ее длинные волосы, распущенные по плечам.
– Тихонько, не дергай. – Гектор бережно освободил ее. – Иди прямо за мной.
И он начал продвигаться вперед, прокладывая всем корпусом сквозь сплошные заросли кустов путь для себя и Кати. Сбоку тоже трещали ветки: Бродяга Кэнсин ломился на свой участок. Вокруг царил мутный, душный, сырой сумрак, их частоколом обступали со всех сторон старые деревья с узловатыми стволами, покрытыми зеленым мхом. Кроны их были подобны шатру.
Дом ведьмы среди девственного леса, тронутого красками осени.
Стоп.
Катя замерла.
Деревенская изба в три окошка с резными наличниками, выкрашенная голубым цветом… Она отлично помнила описание Симуры в кафе, да и после он его повторил, сравнивая дом своих предков с беседкой, выстроенной для него в детстве отцом. Почти Пряничный домик из детской сказки, обиталище чудовища…
Но где же он?
Бревенчатый сруб под шиферной покатой крышей, представший перед их взором на участке, черный от дождей и непогоды, имел всего одно окно. Никаких резных наличников. На бревнах – следы коричневой краски… Дом ведьмы когда-то давно раз за разом красили обычным суриком. Сбоку прилепилась ветхая терраска. Крыльцо в три ступени – из бруса с навесом – довольно просторное, широкое.
Симура ошарашенно уставился на дом. На лице его – искреннее недоумение. Почти испуг.
– Мы с женой несколько иначе представляли пенаты по твоему описанию, – хмыкнул Гектор. – Где же резные наличники?
– Я… я не знаю… Они были! Я помню! – Симура обеими ладонями потер глаза, будто морок прогонял. – Дом не тот!
– В смысле – не тот? – спросил Гектор. – Мы не туда приехали? Ты ж вел нас. Мы следовали за тобой.
– Вел… Здесь была всегда одна дорога…
– Куда? К дому ведьмы? – Гектор разглядывал сруб, крашенный суриком, под шиферной крышей.
– Я по навигатору гнал к речной станции. В навигатор ее забил! – Потрясенный Симура обернулся. – Невозможно заблудиться. Речная станция внизу на Оке. Причал. Дед же мой был бакенщик! А дом их с бабкой рядом, на Круче.
И он ткнул в глубину заросшего участка.
– Но это не тот дом! – воскликнул он с дрожью в голосе.
– Наверное, вы все же ошиблись, – предположила Катя. – Мы свернули не туда.
– Мы не сворачивали! Вы ж свидетели: нет никаких поворотов в лесу. Но дом… дом другой! – Симура уже почти кричал. – Он был голубой. И окошки другие. Наличники я помню. Я же не сумасшедший!.. У меня с собой ключи от нашего дома. Но он не тот!
Он выхватил из кармана байкерской куртки связку ключей.
– После расследования полиция ключи твоей тетке Светлане вернула? – уточнил Гектор. – Хибара-то на тебя была записана, да? Ей, опекунше, и отдали, не матери с бабкой.
