Тукан, не столь изощрённый в гляделках, похвастался:
— Наш основной источник заработка. Был. Чёртова природа со своими сменами времён года. — Он погрозил кулаком пасмурному небу и утопал вдаль.
— Осуждаешь? — так и не сумев понять, что же на самом деле значили эти вопросы, спросила напрямую Фиона.
Молоток пролетел мимо гвоздя и смачно врезался по пальцу Оулле.
— Нет, мр-р-р-р, — коротко и недовольно бросил тот, корча странную гримасу.
Смысл её от Фионы целиком ускользнул, однако она быстро об этом позабыла. Вернулся Фалайз, опалённый, несколько закопченный, в целом как всегда растрепанный, растерянный и рассеянный одновременно, но довольный собой. Он победил. Спустя пару минут подтянулся и Тукан, тоже закончивший со своим поручением.
— Итак, план в общем-то прост, — начала издали жрица, делая максимально серьёзное лицо. — Вы когда-нибудь слышали такое выражение как «бытие определяет сознание?»
— О-о-о-о, охохох! — протянул крестоносец, морща лоб. — Какие речи пошли!
— Эм, а я тоже слышал, — сказал дикий маг почему-то смущённо. — Разве на самом деле не наоборот, а?
— Ну попробуй, — вмешался Тукан, ухмыляясь. — Определи своим сознанием бытие. Можешь не стесняться и сделать это прямо при нас. Здесь все свои, мы поймём!
— Я скорее про, — Фалайз засмущался ешё сильнее прежнего, — ну, знаешь: «разруха не в клозетах, а в головах» и всё такое…
— Не будем устраивать философский диспут, — вмешалась Фиона. — Суть в том, что бытие этого конкретного места во многом определяется отношением к нему. — Она сморщилась как от раздражения. — Говоря проще: Гадюкино — это чёртов мем! Причём мем того толка, что многие не только используют для шуточек, но и поддерживают посильно.
— И ты хочешь запретить им, ну-у-у-у, делать это? — поинтересовался Фалайз.
— Я бы предложил заявить на авторские права и требовать отчислений, — заявил крестоносец, сияя от самодовольства.
— Нет и тем более нет. — Жрица покачала головой. — Я собираюсь переименовать это место.
— Как⁈ — хором спросили дикий маг и крестоносец.
— Да вот
Фалайз и Тукан не без смущения переглянулись теми взглядами, которых обычно удостаивались сами в процессе изложения своих идей. Начал, как менее деликатный, разумеется, крестоносец:
— Не хочу тебя расстраивать, но мемы работают несколько иначе…
— Я не говорю, что завтра все забудут.
— И послезавтра тоже? — словно проверяя, уточнил Тукан.
— Да. Это игра вдолгую. Может быть, через месяц или два мы увидим какой-то результат, — как можно терпеливее объяснила Фиона. — А может быть, и через полгода. Суть в том, чтобы убрать источник шуток — корень, если угодно. Остальное завянет само. Когда-нибудь. Или так, или всем селом куда-то мигрировать. И «куда-то» — это к чёрту на кулички.
— Но Гадюкино останется в памяти, — заметил Фалайз не без претензий. — Так или иначе.
— Останется. Нам же к лучшему, если у этого места даже под иным именем будет какая-то предыстория. Организуем когда-нибудь музей, сделаем вид, что были вынуждены переименоваться. — Жрица усмехнулась самым коварным образом. — Люди любят такие истории.
— О-о-о, мы ещё не стали злой корпорацией, но уже ведём себя как она. — Для вида поцокал языком Тукан — идея ему явно понравилась. — Ладно, и в чём проблема? Почему мы ещё не Мангустово-Пупковское?
Тут ему удалось подловить Фиону. Она всё же рассчитывала подойти к этому вопросу не сразу. Сначала расписать всё хорошее, а мелкие детали, вроде необходимости окунуться в мир бюрократии, когда-нибудь потом, не сегодня, не сейчас.
— Пока проблема в согласии. А так надо идти в мэрию и говорить с Фопсом — это в его власти, — рассказала очень нехотя жрица.
— Разве мы, как владельцы, не можем тут делать что хотим? — искренне удивился Фалайз.
— Мы владельцы, но мы одновременно с этим и поданные, поэтому, как бы мы там себя ни хотели именовать, суть в том, что решает в конечном счёте наш, скажем так, господин, управляющий городом. — Фиона поморщилась. — К тому же я уже пыталась подойти к этому вопросу через Петловича — он наотрез отказывается переименовывать село.
— Бедняга многое пережил, не хочет терять воспоминания, — лыбясь, заметил отрешённо Тукан.
— Так или иначе, нам предстоит посетить Фопса. Я уже записалась. На сегодня.
— Он что, теперь ещё и по записи⁈ — изумился крестоносец и сразу же, без паузы или перехода, принялся причитать. — Ох времена! Раньше мы вламывались к этому подлецу в кабинет в любое время…
— Ни разу мы не вламывались к нему в кабинет, — остудила его пыл Фиона, тоже ухмыляясь. — Но однажды вас двоих туда притащила стража.
Далее последовали короткие сборы, и группа выдвинулась в путь. Оулле в этом всём не участвовал и не горел желанием. Поэтому он очень хорошо видел странный куст, расположившийся среди таких же, но совершенно обыкновенных кустов, чуть поодаль от места разговора.
