В этот раз у Иерорха не было светильников, которые измором уничтожали всех посторонних. Поэтому демон действовал куда прямолинейнее. Помимо щупалец из света за игроками гнались нежить и другие обитатели некрополя. Под «другими» подразумевались те твари вроде Тысячарукого Руука, которые до того покорно сидели в своих закутках, являя собой пример никому не нужных рейдовых боссов.
Все они, за исключением самого Руука, покинули свои места и кинулись в погоню, из-за чего совладать с ней или хотя бы оторваться оказалось невозможно. Особенно досаждал Всадник без головы — мало того, что конник, так ещё и способный проходить прямо сквозь стены, сокращая себе путь.
Оулле во время очередного наскока, не выдержав, развернулся на месте и метнул свой дротик. Удар вышел на все десять из десяти: даже сам Всадник это понял, попытавшись стать нематериальным. Копьё, впрочем, всё равно поразило его коня, угодив аккурат в глазницу. Раздалось дикое ржание, животное встало на дыбы и опрокинулось. Вся эта куча мала, оставаясь нематериальной, принялась падать куда-то далеко вниз.
— Эффектно, — оценил крестоносец.
Он попытался было забрать дротик, который, звякнув, остался лежать на полу, но рахетиец одернул его, указывая на остальную погоню.
— Не надо, бежим!
Рууку уже ждал их с распростертыми объятиями — жутковатая картина получилась. Он был достаточно длинным, чтобы одной своей частью продолжать управление некрополем, а другой сосредоточиться на «гостях», пытаясь их раздавить, разорвать, задушить… и так далее по списку опций, доступных в сражении, если ты — гигантская оживленная некромантией сороконожка.
Как бы то ни было, сражаться с ней не собирались. Калита сразу же на ходу трансформировалась в летучую мышь и устремилась к кристаллам на потолке. Аналогичным образом поступила Эланна. Этот манёвр оказался ошибкой — там их ждала ловушка. Кристаллы при приближении посторонних под аккомпанемент издевательского хохота Иерорха вспыхнули белым светом.
Девушки попытались броситься наутёк, но от света отделились щупальца, схватившие их, и без различного рода посягательств просто покрепче прижали к поверхности кристаллов. Хватило считанных секунд, чтобы и Калита, и Эланна обратились в прах.
Безоружный Оулле затравленно огляделся и увидел, как Тукан медленно припал на одно колено, что-то беззвучно бормоча. А затем резким движением встал и, перехватив меч, словно бывалый спортсмен-олимпиец метнул его.
Но это было совсем не копьё, и потому меч пролетел первые пару метров ровно так, как ему и следовало бы лететь — очень невыразительно. Однако затем его окутало приятное глазу, мягкое и уютное рыжеватое пламя, и он, набрав ход, самостоятельно устремился к одному из управляющих кристаллов. В момент столкновения клинка с белым светом раздалось очень неприятное шипение вроде того, когда в костёр попадал слизняк. Рууку тоже бросился наперерез, но ничего не смог сделать, оказавшись насквозь пронзенным с такой лёгкостью, будто был не толще и не твёрже бумажного листа.
Кристаллы один за другим взорвались. Некрополь, лишившийся не только магии, позволявшей ему летать, но и той, что держала его относительно цельным куском, вздрогнул и перешёл в режим свободного падения. Тукан и Оулле, улыбаясь до ушей и вообще пребывая от происходящего в полном восторге, принялись летать, наслаждаясь кратким моментом невесомости. А затем всё резко, с грохотом завершилось.
Орда монстров никуда не делась даже после того, как на неё свалился некрополь. Даже без учёта этого их оставалось ещё очень много. Вполне достаточно, чтобы добить паладинов, чем они, уже без руководства Келиандра или Иерорха, и занялись. Насчёт судьбы лича сказать было сложно, но вот демон падения однозначно не пережил. И хотя всё окутал пылевой туман, белого света больше видно не было.
Исчезла и армия Ники, но не в буквальном смысле и не будучи раздавленной, а просто перестав существовать как организованная сила. Когда контроль Иерорха закончился, боты просто бросились наутёк, что в ситуации, когда на пятки наседала орда монстров, большая часть которых бегала явно быстрее дворфов в тяжёлых, неудобных доспехах, оказалось весьма фатально.
Паладины пытались организовать отпор, но им остро не хватало снаряжения, да и позиция оказалась так себе — часть крепости монстры, пользуясь неразберихой, захватили прямо с наскока. И хотя они лишились единого руководства, понесли огромнейшие потери и в целом имели туманные перспективы насчёт теоретического «завтра», к разладу в рядах это не привело и на ходе сражения «сегодня» особо не сказалось. Более того, десятку троллей удалось развалить одну из внешних стен со стороны русла, что сразу сделало оборону ещё труднее прежнего.
Резня в тесных тёмных извилистых коридорах Дракенгарда стояла жуткая. Игроки возрождались, хватали что могли — ситуация с оружием, особенно ближнего боя, буквально описывалась не иначе как «один меч на десятерых» — и неслись вперёд. Кому-то везло убить одного-двух противников, завладеть их оружием и продолжить отчаянный бой. Другие гибли сразу.
