Ну почему нельзя дать нормальный ответ? Развернутый, чтобы я не задавала дополнительные вопросы. А так будет выглядеть, словно мне интересно, откуда он. Хотя мне, конечно, интересно. Любопытного зверька, сидящего внутри меня, прямо разрывает на части, и мне приходится прикусить губу, а потом втянуть обе в рот, чтобы язык не побежал впереди мозгов. У рыжего и так самомнение таких размеров, что он мог бы заколачивать миллионы, просто обучая отчаявшихся женщин любви к себе. Ему бы даже ничего делать не пришлось, достаточно рассказать, что он думает о себе, и внушить им свой образ мышления. Может, подсказать ему бизнес-план? Снова бросаю на него взгляд. Надменно задранный подбородок, рука, небрежно лежащая на руле, пока вторая всего лишь касается его кончиками пальцев, волосы в художественном беспорядке и выступающий кадык, который почему-то перетягивает на себя чуть ли не все внимание. Тяжело сглатываю и снова отворачиваюсь. Фигушки ему, а не бизнес-план. Пусть сам придумывает, как заработать.
Но рыжий и влечение к нему заставляют задуматься. Наверное, Марина права, и я растрачиваю себя слишком быстро, щедро раздаю себя мужчинам, которые, словно кометы, мелькают в моей жизни, чересчур быстро угасая. Когда размышляю над этим, меня посещает мысль, что я была бы отличным стереотипным мужчиной. Мне интересно с противоположным полом ровно до того момента, пока присутствует эффект новизны. Мы доходим до постели – чаще всего довольно быстро, – там первое время удивляем друг друга своими умениями, а потом все равно все телодвижения сводятся к одному, древнему как мир. Вперед-назад. Скукотища. И да, мой личный опыт показал, что чаще всего мужчины изгаляются в постели только первые пару раз. Дальше они способны только на миссионерскую классику либо усаживают девушку на себя, мотивируя это тем, что якобы им снизу вид получше. На самом деле, в игру вступает их лень. Максимум, как можно разнообразить секс на этом этапе, – это постоянно подкидывать ему идеи или провоцировать на секс в неожиданных местах.
Я все чаще стала задумываться о том, как же люди годами – десятками лет – живут в браке. Это ж все время только один партнер! Уму непостижимо. Вот почему так популярны анекдоты и мемы про парочки, которые занимаются сексом в темноте под одеялом в миссионерской позе. Немудрено, что у женщин, которые довольно долго состоят в браке, часто болит голова. Это от напряжения. Даже сама мысль о том, чтобы заниматься сексом вот так скучно, напрягает. А если все это еще не больше одного-двух раз в неделю, то вообще может поехать крыша. И как они при этом умудряются еще и…
– Приехали, – произносит рыжий.
– Кончать, – заканчиваю свою мысль вслух, а потом запечатываю свой болтливый рот ладонью и испуганно смотрю на Ивана.
Он пялится на меня заинтересованным взглядом, и на его губах расплывается кривая ухмылка. Вообще, мне кажется, он мастер таких вот противных улыбочек, которые заставляют меня чувствовать себя какой-то ущербной.
– В смысле, кончилась… м-м-м… дорога, – мямлю я, не глядя на рыжего, а сама чувствую, как горит мое лицо. Оно раскалено настолько, что этот нахал мог бы сейчас запросто подкурить от моей щеки, например. – Ну, спасибо, что довез. Я только… – Не успеваю договорить, как рыжий выходит из машины и идет к багажнику. – Ладно, невежливый тип, – бурчу, выбираясь следом.
Ожидаю, что сейчас он посмотрит на красную крышу отцовского дома, на высокие стальные ворота с калиткой в них, на будку охраны, и выдаст реакцию, как у всех мужчин. Присвистнет и присмотрится ко мне повнимательнее, прикидывая, какой кусок можно откусить от этого пирога. Обычно после такого я сразу рву все отношения. Потому что жениться на папиных деньгах я не позволю никому. Но рыжик меня удивляет. Он просто достает чемодан из багажника, ставит его передо мной, снова осматривая с головы до ног своим наглым взглядом с соблазнительным прищуром, а потом коротко кивает.
– Хорошего дня, – произносит его греховный рот, и рыжий, заняв водительское место, отъезжает.
А я, как дура, пялюсь на задние огни машины, пока они не исчезают за поворотом.
– Господи, Ася, ну как можно столько раз облажаться всего лишь за полдня? – бубню себе под нос, хватаясь за ручку чемодана и двигаясь к калитке. – Дальше день должен быть гладким и идеальным.
