Что произошло в Запретном лесу, они все узнали чуть позже. Рита Скитер постаралась на славу, ее серию статей читала вся Британия.
Поскольку в лес не пустили ни ее, ни колдографа, она потребовала допуск к Омуту памяти и воспоминания авроров, чтобы сделать из них снимки. Дамблдор попытался это запретить, но куда там. Попечители встали горой за правдивое освещение событий.
А посмотреть было на что. Спасательный отряд, пришедший на дикие крики детей, обнаружил жуткую картину. В натянутой между деревьев паутине висела Джинни Уизли, потерявшая сознание. (Крупный план в Ежедневном пророке был особенно вречатляющ.) По поляне наматывал круги старый форд "Англия", в котором, обнявшись, сидели белые от ужаса Гарри Поттер и Рон Уизли. В руках они сжимали палочки и громко орали. В центре авроры увидели большую самку акромантула, явно потерявшую ориентацию в пространстве. Ее восемь ног норовили разбежаться в разные стороны. Как выяснилось позже, в нее попало заклинание, выпущенное сломанной палочкой Рона Уизли.
Авроры действовали слаженно и быстро. Остановили машину, освободили девочку из паутины и переправили детей в Больничное крыло. Обнаруженную кладку и паучиху уничтожили. Нашли основное гнездо и выжгли вместе с обитателями. Оказалось, что эти странные трубки извергают магический огонь, секретная разработка Отдела Тайн. Яд акромантулов, как сказал директору Снейп, аврорам собрать не удалось, слишком быстро все случилось.
Хогвартс лихорадило. Авроры писали свои бумаги, отдел по контролю магических популяций — свои, и всем им требовался директор для дачи показаний и подписи протоколов. Министерские комиссии следовали одна за одной. Попечители заседали прямо в кабинете директора и горгулья даже перестала требовать пароль, такое количество народу ежедневно сновало туда-сюда. По лесу и окрестностям замка бродили отряды в поисках недоуничтоженных пауков. Обеспокоенные родители и просто неравнодушные граждане присылали вопилеры прямо во время обеда в Большом зале, требуя безопасности и порядка в Хогвартсе.
Финансовый отдел министерства выписал Дамблдору большой штраф за отсутствие обеспечения безопасности учеников, а Хагриду — чуть меньшую сумму за разведение существ 4-го класса опасности и нарушение экологического равновесия в Запретном лесу. Выяснилось, что Хагрид условно осужденный, находится у директора на поруках и не имеет ни кната в кармане. Финансистов это не смутило, есть поручитель — пусть он и платит.
Директорские проблемы Перси даже радовали, чем больше у Дамблдора неприятностей, тем меньше он вспоминает про него. А там, глядишь, и год кончится. Он даже тетрадь старался не доставать из тайника в пряжке. Хоть и хотелось пообщаться, но лучше соблюдать осторожность. И Том с ним в этом был солидарен, хотя и не преминул пожелать старому хрычу всего побольше, и чтоб обеими руками черпал.
В условиях такого дурдома про учебу и речи не было, поэтому экзамены отменили для всех, кроме пятых и седьмых курсов. Но и СОВ, и ТРИТОНы принимали спустя рукава. Перси никогда еще так легко не давались экзамены, даже Зелья на Превосходно, вот уж чего не ожидал.
Рита Скитер находилась, как порой казалось, в трех местах одновременно и задавала вопросы сразу всем. От разговора с этой въедливой заразой ни один аврор не отвертелся. Даже министру досталось. Гарри и Рон светились на первой полосе две недели. Интервью с убитым горем Хагридом было просто бомбой. Дамблдор и остальные учителя скрипели зубами, но давали комментарии. Единственным, к кому она не сунулась, был Снейп (даже журналистское бесстрашие имеет свои пределы).
И Перси.
Потому что он ничего геройского не совершил. Просто действовал по Уставу и соблюдал инструкции.
Настоящие гриффиндорцы так не поступают.
Как выяснилось на прощальном пиру, Дамблдор придерживался того же мнения. Он лучился весельем, награждая истинных героев. Гарри и Рон получили за свою отвагу по сто баллов, а Джинни — пятьдесят в качестве утешительного приза. Победителем года стал Гриффиндор, и счастливая Грейнджер обнимала друзей, громко поздравляя факультет с выигрышем Кубка. Слизеринцы сидели с кислыми рожами, у Драко Малфоя от злости пар шел из ноздрей.
Не то чтобы Перси гонялся за баллами.
Но ему было обидно.
Хоть спасибо-то можно было сказать?
В свой последний вечер он прошелся по школе и заглянул к Снейпу попрощаться. Декан Слизерина нашелся в лаборатории. На столе перед ним стояла целая батарея флаконов с темной маслянистой жидкостью.
— Это яд акромантула, сэр? — не удержался от вопроса Перси.
Снейп кивнул:
— Давно хотел провести с ним кое-какие исследования.
Ну хоть кто-то был счастлив.
Снейп оторвался от созерцания драгоценных ингредиентов и пристально взглянул на Перси:
— Вы расстроены от того, что не признали ваши заслуги?
— Нет. Да. Не знаю, сэр.
