Несколько автоматчиков, отрезая путь к отступлению, забежали в чащу. Трескуче захаркали короткие автоматные очереди. Эхо гулко раздавалось в лесу и тут же умолкало.
— Брать живыми! — приказал задорный молодой голос.
Красноармейцев оказалось неожиданно много, трескучие выстрелы раздавались отовсюду, зазвучали чаще, предупреждающе разрезали чащу, трепали густые кроны, зло срывали листву, разбрасывая ее по сторонам.
— Ну и влипли! — зло процедил Демьян. — Кто знал, что такое будет. Идем оврагом, можно проскочить.
Ломая ветки, стали спускаться по косогору. С противоположной стороны остервенело затрещал автомат, отрезая возможность продвигаться дальше. Немного в стороне топкая зловонная болотина, ее просто так не обойти. По другую — небольшое озеро, заросшее по берегам камышом, немного ниже — узкий овраг.
— Брать живыми гадов!! — не уставал предупреждать все тот же задорный звонкий голос.
С каждой минутой крик звучал ближе, едва ли не орал в самое ухо.
— Хрен я вам дамся живым! — криво усмехнулся Демьян и, рванув чеку, бросил гранату прямо на этот голос.
— Ложись! — раздалась в ответ короткая команда.
Граната разорвалась громко, стволы тряхнуло взрывной волной, и рой осколков хищно впился в древесину. Густой листопад укрыл затаившихся бойцов. С трех сторон, не давая приподнять голову, замолотили автоматы.
— Отползаем, — сказал Демьян. — Ты давай туда, — показал он на тропу рядом с озером, — а я попробую пройти по дну оврага.
— Нам нужно держаться вместе, — возразил Боян. — Если что, так лупанем из двух стволов. А там…
Договорить он не успел: неосторожно приподнявшись, оказался на линии огня, голова его вдруг дернулась назад, как это бывает от сильного удара, и брызнуло в лицо чем-то липким. Изуродованный череп тяжело ткнулся в мягкий сочный мох. Совсем рядом с собой Демьян услышал шорох. Повернувшись, увидел автоматчика, спрятавшегося за толстую липу. Выпустил короткую прицельную очередь на уровне головы. Пораненное дерево протестующе и болезненно тряхнуло кроной, колюче разлетелась по сторонам сбитая кора. Крутанувшись на земле, Демьян приподнялся, пробежал несколько метров по дну оврага, понимая, что в этот самый момент представляет собой удобную цель, но автоматы молчали, зачарованные его неоправданной смелостью.
Неожиданно прямо перед собой он увидел долговязого бойца, будто бы выросшего прямо из-под земли. Оставалось только вскинуть автомат и нажать на курок. Но сбоку с наставленными на него автоматами появились еще два красноармейца. В голове промелькнула нехитрая арифметика: даже если он пристрелит одного из них, то будет захвачен, а то и убит двумя другими. Понимая, что выхода не остается, Демьян приподнял автомат и приставил его к своему горлу. Почувствовал пальцем холостой ход курка, дальше должна наступить темнота… Но в этот самый момент кто-то сильно ударил его по рукам. Не удержав равновесия, Демьян повалился на землю. Запоздало громыхнул выстрел, выпущенная на волю пуля содрала с подбородка кожу и прострелила небо.
Ударившись о землю, он ощутил на зубах приторный ядреный вкус крови, а в ноздри сочно ударил запах сопревшей лесной травы. На плечи бетонной плитой прыгнул красноармеец, вдавил голову в землю. Тело обездвижилось, ногами тоже не пошевелить, и все тот же молодой голос зло скомандовал:
— Руки!
Демьяну мгновенно вывернули кисти назад, стянули запястья кожаным ремнем. Теперь он видел только кирзовые сапоги подошедших бойцов.
— Ловко вы его, товарищ капитан!
— Подняли гада!
Две пары крепких рук, не считаясь с его неудобствами, оторвали Демьяна от земли, причинив невероятную боль в суставах, и поставили на ноги.
— Попался, вражина! — едва ли не дружески произнес молодой капитан, сделав небольшой шаг вперед. Далее строго, уже не выбирая выражений, продолжил: — Вот что, фашистская гадина, где краевой командир?
— Не знаю никакого краевого командира, — скривил губы Демьян.
— Позвольте мне, товарищ капитан, — вышел вперед Игнатенко. — На правах старого знакомого. Я уже знаю, как с такими разговаривать. Ну что, Демьян, поговорим?
Невысокий, плотно сбитый, на коротких ногах, он как будто бы врос в землю и снизу вверх деловито смотрел на связанного председателя.
— Действуй! — разрешил Тимофей и отступил немного в сторону.
— Значит, хлебушком нас хотел попотчевать, в доверие втирался, гадина бандеровская… Я таких, как ты, всегда давил и дальше давить буду, — сурово проговорил Игнатенко, подступая едва ли не вплотную.
— Не запугаешь ты меня, недоносок, — брезгливо скривил губы председатель. — Можешь меня здесь порешить, а только более слова из меня не вытянете!
— У меня к таким гадам, как ты, личный счет. Застрелиться хотел?! — рычал Игнатенко. — Так я тебя сейчас научу, как нужно это делать, — приподнял он пистолет. — Пасть открой!
— Пошел ты!..
Игнатенко с размаху ударил Демьяна в переносицу, тот рухнул на землю, ударившись головой о пень. С разбитого лица обильно капала кровь.
