Например, раньше я думал, что Диана убивает своих жертв только ради удовольствия и сексуального наслаждения. Теперь я понял, что это не совсем так. Она убивает ради пищи, но пищи не в нашем смысле слова. Ей не нужна была физическая плоть и кровь, как обычным паукам. Это существо совсем иного порядка.
Скорее, она жадно питалась духовной энергией своих жертв. На память мне пришли слова, которые произнес мой таинственный гид в Логове — «она высосала наши души, как мозговые косточки».
Теперь я понял, что он имел в виду. Устраивая со своими жертвами сексуальные игры, она высвобождала из них энергию, которую жадно пила. Но самый совершенный пир для неё — напитаться энергией наивысшего сексуального напряжения (именно поэтому она не давала им получить положенного самой природой удовлетворения, приберегая это на потом, на час их смерти) и наивысшего ужаса и боли в момент агонии самоубийства.
По существу, чудовищная тварь, которая выдавала себя за «Диану», на самом деле — колоссальной силы энергетический вампир, который не может жить иначе (как, собственно, она мне не раз признавалась).
Только теперь те знания, которые я тщательно собирал, изучая древние религии, теперь, словно стеклышки калейдоскопа, сложились в одну целостную картину. Может быть, именно для этой встречи с Неназываемым, Безыменным, Древнейшим и Кошмарнейшим Злом я и копил их, не подозревая сам, занимаясь наукой?
Архетип «вампира», «упыря», «злого мертвеца», «неупокоенного» не случайно также стар, как само человечество. По крайней мере, я точно знаю, что ещё неандертальцы хоронили особо подозрительных покойников, забивая им кол в грудь, связывая им руки и ноги — они боялись, что «злой» мертвец восстанет и будет пить их кровь.
Древняя как мир вера в зло как смерть — не в смысле бездвижного трупа, а в смысле активной, несущей смерть субстанции, сопровождали кошмары человечества у всех народов и культур без исключения. Люди во все времена интуитивно чувствовали, что ЭТО существует, но не видели Источник. Современное массовое увлечение темой вампиров, зомби и пр. — яркое тому свидетельство.
Я могу приводить множество примеров на эту тему. Славянские упыри, шумерские ламии, порождения Гекаты у древних греков, лемуры у римлян, феи у древних кельтов, тролли и гоблины у скандинавов и германцев (если не путать последних с их современными профанациями) — все это на самом деле образы того смертного зла, что все эти тысячелетия бродило по земле и под землей. И именно с этим злом, Первоисточником этих пугающих образов, злодейка-судьба уготовила мне встретится и столкнуться в схватке не на жизнь, а на смерть.
И это Зло, Абсолютное Зло жаждет насыщаться нашими жизнями. Она не просто убивает и причиняет страдания, она извращает души, уродует, калечит человека, превращая его (не телесно, естественно) в паука.
Между прочим, архаичная мифология, которая подчас намного мудрее, чем творчество современных ученых, учла и этот аспект. Не зря, кусая человека, вампир превращает его в вампира, зомби — в зомби и так далее. Зло передается как инфекция, она заражает, она развращает все, что попадается ей на пути.
Попутно я разрешил для себя проблему, которая мне не давала покоя много лет. Ещё древние греки, рассуждая о природе зла, додумались до того, что зло — это разрушение, умаление, деградация и распад. Как гниль разъедает яблоко, так и зло паразитирует на ткани вселенной, питаясь ею и извращая её. Блаженный Августин поставил этот вывод под сомнение: если зло — это распад, значит, оно слабо. Но это противоречит нашему опыту — мы видим, как зло сильно своей разрушительной силой. Он поставил вопрос, на который не ответил. И этим вопросом мучил меня многие годы. И теперь я, наконец, нашел ответ на него.
Зло сильно, потому что оно питается, оно паразитирует, оно поглощает. И чем больше оно поглощает, тем оно становится сильнее. Зло — это разрушение, но разрушение активное, хищное, у него много щупалец, а на его паутине, которой опутан весь наш мир, все человечество — бесчисленное количество клейких узлов, которыми оно уловляет наивных и доверчивых.
И это зло, воплощение зла — это псевдо-Диана, Неназываемая Темная Богиня, которую христиане, мусульмане и иудеи назвали сатаной, зороастрийцы — Ахриманом, которая смутно угадывается в образах зловещей греческой Гекаты, индийской Кали, скандинавской Хель. Богиня-ведьма, богиня-упырь, богиня-паук… Сущность, которая в действительности не имеет пола, но которой человеческое сознание присваивает пол — мужской или женский, потому что в силу своей ограниченности не мыслит мир в других категориях, подобно муравью, который видит перед собой одни плоскости, не воспринимая объемных фигур.
Из мысленного транса меня вывел энергичный возглас Нади.
— Но ведь надо же что-то сделать, Кир! Мы должны раздавить эту гадину! — её лицо скривилось в гримасе, будто она только что увидела паука.
— Легко сказать! — вставил Коля. — Как ты убьешь её, если она гипнотизирует на расстоянии?
