Я ведь собиралась вернуть ее Кайле утром, но теперь мои планы потеряли смысл. Чувствуя себя виноватой, я хотела было спуститься вниз и поискать пропажу, пока меня никто не видит. Если фото потерялось, не хотелось, чтобы кто-нибудь догадался, по чьей вине. Наша комната располагалась прямо над складом, но, услышав, как кто-то закашлялся, я поняла, что незаметно заняться поисками ночью не выйдет.
Нет, придется подождать до утра. Оставалось лишь надеяться, что я найду фотографию раньше, чем кто-нибудь спросит о ней, или что Кайла про нее не вспомнит.
Я приложила кровоточащий палец к губам, ощутив металлический привкус, и попыталась унять сердцебиение. Насколько я хотела найти это фото ради Кайлы, настолько же, кажется, это нужно было и мне самой. При всем желании я не могла избавиться от воспоминания о зловещем образе Клаудии, которая наблюдала из-за деревьев за Кайлой и ее безымянной подругой.
Девушка была в красном спасжилете, а красные только для сотрудников. И Кайла сказала, что начала работать в этом году, а значит, не встречалась с прошлогодними проводниками.
Возможно, я тороплюсь с выводами, но очень похоже, что безымянная девушка на фотографии – это Лэндри. И, судя по всему, ей Клаудия оказала такой же холодный прием, как и мне.
Я закрыла глаза, но постоянно возвращалась мыслями к увиденному.
Клаудия, прячущаяся среди деревьев.
Клаудия, которая наблюдает и ждет.
Снаружи донеслось оглушительное «би-би-биииип!», сообщая о прибытии Барбары, или Бэбс, как все здесь ее звали. Я перевернулась, с отвращением ощущая холодный пот на всем теле. За окном щебетали птицы, солнце только показалось из-за горизонта. Я села и потянулась.
В противоположном конце комнаты Клаудия протирала глаза. Я мгновенно насторожилась, вспомнив о фотографии. Наклонившись к стопке одежды, я достала маленькую пластиковую косметичку, где лежали зубная щетка, паста и дезодорант. Встав, я поспешно пересекла комнату и вышла. Когда народ проснется, у меня уже не будет возможности заняться поисками втайне от всех.
Снаружи оказалось чуть прохладнее, чем в помещении, но воздух уже наполнился влагой. Спустившись по деревянной лестнице, я повернула за угол и, вместо того чтобы зайти в уборную, повернула в сторону склада. Ворота склада располагались в торце здания. Я взялась за массивную ручку, чувствуя, что сердце от волнения готово выпрыгнуть из груди.
Вряд ли у меня возникнут серьезные неприятности, если меня обнаружат на складе, но и внятного оправдания насчет того, что я там забыла, не приготовила. Почему-то мне было жизненно необходимо отыскать эту фотографию. Я надеялась, что она упала примерно под моим матрасом, но склад представлял собой большое загроможденное пространство, которое сложно было прочесать в одиночку.
Я уж подумывала забыть о странной находке: в конце концов, это обычный летний снимок, ничего ценного. Но все же я помнила, как, потеряв родителей, стала дорожить всем, что хоть немного напоминало о них. Сейчас, когда Лэндри пропала, эта картинка могла оказаться очень важной для Кайлы.
Меня угнетала мысль, что она потерялась именно по моей вине.
Я отодвинула ворота и заглянула в темный зал.
– Что ты здесь делаешь? – внезапный голос заставил меня подпрыгнуть от неожиданности. Обернувшись, я увидела Барбару. Голубой напульсник, о котором вчера говорила Клаудия, ярко выделялся на фоне оранжевых баскетбольных шорт и фиолетовой футболки с надписью «Водопад Вдовы». Эксцентричная женщина, однако.
– Я… – я подняла руку с косметичкой, пытаясь придумать отговорку, – искала уборную.
Барбара не обратила внимания на эту ахинею и показала пальцем за угол.
– Ты дорогу перепутала.
– Да, точно, просто спросонья всё позабыла.
Барбара дождалась, пока я уйду, и задвинула ворота склада. Как я тут что-то найду в одиночку?
Наверное, придется об этом забыть.
Пожалуй, так и стоит поступить.
Когда прибыла первая группа туристов, мы с Гейбом и Джошем направились на склад. Стараясь не привлекать внимания, я, как могла, осмотрела все открытые поверхности, но фотографии нигде не было. Гейб передавал мне спасжилеты и шлемы, а я молча выносила их на улицу, внимательно глядя под ноги в надежде увидеть пропажу.
Подняв голову, я рассмотрела очертания предметов в комнате наверху, видимые сквозь щели между досками. Вот, кажется, матрас, на котором спит Роб. Где же лежит мой?
Кажется, там…
Я пошла в том направлении, стараясь оказаться прямо под своим спальным местом.
– Куда тебя понесло? – рявкнул Гейб, балансируя на стремянке возле шкафа с грудой снаряжения в руках.
– Черт, прости! – Я подбежала к нему. – Мне показалось, я увидела гнездо под потолком.
Гейб нахмурился, но ничего не сказал. Впервые ему пришлось на меня прикрикнуть, и я знала, что заслужила это. Какая разница, что привлекло мое внимание? Работа есть работа, и ее надо выполнять. Фотография может и подождать.
Вытащив всё наружу, мы вернулись к гостям, помогли им примерить шлемы и жилеты и погрузились в автобус.
