- Мам, я не могу в этой школе больше! Почему они все такие… глупые! И учитель!
- Тише Хьюго, тише!
- Но мам, почему он так со мной поступил? Я же ничего не сделал! Я просто спросил...
- Хьюго, у нас гости, - как можно более спокойно произнесла мама, лишь бы остановить своего любимого сына.
Хьюго удивился. С тех пор как уехала Аннет у них никогда не было гостей дома.
- Гости?
- Да, поэтому я попрошу тебя, пожалуйста, подняться к себе, пока мы разговариваем.
Хьюго выглянул из-за мамы и увидел в гостиной приветливо улыбающегося ему менеджера в очках. Тот весело помахал Хьюго рукой. Хьюго не ответил на приветствие, рассматривая незнакомца в их доме. Одет он был изыскано, веснушчатое лицо было открытым и сияло внутренним счастьем беззаботного человека, живущего в комфорте настоящего, лишённого груза вчерашнего дня.
- Приве-ет! – делая акцент на последнем слоге, весело поздоровался он с Хьюго.
Хьюго спрятался и что-то горячо зашептал маме. Его не обманула картинная приветливость и нежные черты лица.
- Мам, мам, он плохой. Зачем вы его позвали? Точно такой же приходил к Грантам в прошлом году, больше я не видел их сына. Зачем он здесь? Это из-за того, что было в школе? Так я же не виноват! Прости мам, я просто спросил, больше не буду. Там так скучно и… и не правильно всё! Хочу в старую школу! Почему её закрыли? Мам! - горячо шептал испугавшийся ни на шутку Хьюго.
- Хьюго, милый, успокойся, всё хорошо, видишь? Мы просто разговариваем, поднимись к себе, пожалуйста.
- Мам, честно? - Хьюго не верил.
- Да, сынок, - шептала мама как можно тише, но социальный менеджер вытянулся в струнку, чтобы расслышать разговор, касающийся непосредственно его. Хьюго бросил на него враждебно-испуганный взгляд, и собрался было подняться по лестнице, когда гость его остановил:
- Хьюго, дорогой, а ты знаешь, что у тебя есть права и что если ты не хочешь, а я вижу, что ты не хочешь подниматься наверх, то ты вполне можешь остаться тут. Мы мило побеседуем. Я не кусаюсь, - ещё сильнее растянул он улыбку.
Хьюго посмотрел на маму, на папу. Он не хотел здесь оставаться, хотел к себе в комнату с мамой.
- Сыно… Гм, Хьюго, - сдавленно сказал отец, успев оборвать гендерно-неверное обращение к неопределившемуся ребёнку, - кхм, если хочешь, то оставайся, это же твоя личная жизнь. Мы с ма… твоей родительницей не можем тебе мешать.
- Не, я не хочу. Я к себе поднимусь, надо сделать…
- Тебя что-то
- Эм, нет, - спохватился Хьюго, это он помнил, родители ему рассказывали о таком, -
- Ах, игра! Ты значит игрок! Похвально! – фальшиво и громко засмеялся молодой человек, - Ну, раз игра не может ждать, то, пожалуйста, иди. Рад знакомству, - сладко пропел он, окончательно укоренившись во мнении, что в этом неблагополучном доме однозначно присутствуют и домашний деспотизм, и сепаратизм, и антикорпоративные взгляды. Все признаки логова внутренних террористов. Что, в общем-то, было ожидаемо. В неполноценных, ограниченных семьях это неудивительно.
- И я. Очень.
Хьюго поднялся по лестнице, провожаемый обеспокоенным взглядом матери. Хлопнула дверь, воцарилась тишина.
- Эм, можно, пожалуйста, если не затруднит воды? – крайне вежливо попросил непрошеный гость.
- Да, можно, - спохватилась мама, и уже хотела было направиться на кухню, как вовремя остановилась.
- Я принесу, - с преувеличенной готовностью подскочил отец и заторопился за стаканом воды.
Социальный менеджер довольно хмыкнул. Вся неловкость сценки не ускользнула от него. Он специально прибег к этому приёму, в отместку за своё нетерпение и упущенную возможность поймать «на крючок» факт домашнего деспотизма. Хотя, в целом, хватало и его компетентных суждений по косвенным признакам для однозначных выводов. Очередные пометки ушли с планшета: «высока вероятность сексистских нравов», «гарантированное домашнее насилие», «скрытый сепаратизм», «подавление воли», «абьюзерство».
Напившись воды, он поблагодарил за гостеприимство.
- Это необычно, поэтому вынужден спросить. Мне показалось или ваш ребёнок, действительно, ни разу ни пользовался телефоном доверия? - менеджер вернул на лицо милую улыбку, - Хотя, конечно же, я знаю это наверняка. Проверил уже.
Социальный менеджер выдержал паузу, затем продолжил:
- Мы очень гордимся выстроенной системой защиты детей в ЮША Inc., по статистике девяносто восемь процентов детей хоть раз звонили на телефон доверия, что, вне всяких сомнений, уберегло их от всяких нехороших штук. Почему же Хьюго не пользовался, позвольте узнать?
Родители переглянулись, в конце концов мать ответила:
- Это же его дело. Звонил он или нет. Мы ему не запрещали.
- Да, - поддакнул отец. - Мы не лезем в его личную жизнь, ограничиваясь только дозволенными корпоративными рекомендациями по воспитанию. К тому же звонки туда анонимны и мы не могли знать, что он не звонит.
