- Ну, вот и отличное решение. Оно удовлетворяет меня полностью. Мы подселим к вам современных сожителей, трёх человек. Я уверен, что мы сможем подобрать подходящих персон, и, так же уверен, что вы сойдётесь с ним и будете близки. Они буду наблюдать за вами и вашим сыном круглосуточно и в случае отсутствия прогресса или любого ненормального поведения — сообщать нам. Это наилучшее решение в данной ситуации. Подпишите бумаги, пожалуйста.
Стандартные пустые бланки были выложены на стол. Лишь в шапке было написано: «Договор».
- Я должен проговорить вслух, что вы даёте своё безоговорочное согласие на внесение любых пунктов в подписанный вами договор с социальной коммерческой службой.
Не слушающейся рукой, но муж и жена подписали пустые листы там, где им указали. Сын, пока остаётся с ними, а дальше они придумают что-нибудь. Возможно даже сегодня.
- Ну, отлично! Всего вам наилучшего. Подобранные нами сожители приедут к вам, думаю, уже завтра к обеду. Рад, что вы решились на перемены к лучшему. Это легко, поверьте!
Социальный менеджер вышел необычайно довольным. Ещё бы! Он смог провернуть процедуру повышенной сложности, а это плюс несколько пунктов к его плану, что значит дополнительную премию и бонусы к корпоративному рейтингу! Отличная история! Лёгкость на душе подсказывала, что настоящий день был крайне удачным.
(1) Ханюд — ханжеский люд
Шаг первый. Блистающий мир
Вспыхнули софиты, заиграла любимая музыка, засверкали улыбки, раздались аплодисменты, послышались возгласы. Началось еженедельное новостное шоу.
В студию выскочил ведущий.
- Добрый вечер! Добрый вечер! Сегодня четверг, а значит в эфире шоу «Новости», и-и-и-и… ДА-А, будущее уже наступило! – сходу взял интригу ведущий.
Пользователи нажали на смеющиеся, восторгающиеся, танцующие, целующие и всякие другие эмотиконы всех оттенков радуги, в бесчисленном количестве стандартизированные соответствующим отделом коммерческого министерства досуга и развлечений потребителей.
Ведущего обожали! И не только потому, что он следил за своей внешностью, показывал пример превосходного вкуса, да и просто был красавчиком; не только потому, что умел с первых же слов заставить потребителей забыть обо всём, акцентировав внимание только на своей персоне и своих словах; не только потому, что вся страна следила за его личной жизнью и испытала шок, когда в ленте появилась новость о расставании со своей половинкой: целый год они радовали потребительскую общественность милыми фотографиями и такой удар в спину верного союзника, любовника, партнёра!
И всё же его обожали потому, что он обладала чувством «будущности».
Этот совершенно новый термин и появился то благодаря ему; тот час же закрепился в лексиконе, получил обширную справку в википравде, набрал вес благодаря тут же подложенному прочному лингвистическому фундаменту. Само понятие «будущность» в первом же сезоне шоу, в первой же серии смело ввёл сам ведущий. Это было нонсенсом! Как дворовые псы, борющиеся за кость, конкуренты кинулись на новенького с захлёбывающимся воем, принявшись сравнивать его с так называемыми прорицателями, провидцами, магами, а попросту шарлатанами.
Это не помогло.
Его шоу и он сам – были другими, единственными.
Доказал это выигранный иск против публициста, проведшего расследование феномена «взгляда в будущность». После чего над поверхностью показался мираж неясных форм, незримыми нитями тянущейся от ведущего куда-то в сторону, сияющей белым мрамором, столицы страны, и, возможно даже, к спецслужбам. Но все эти едва уловимые ароматы тут же были смыты громогласным голосом беспристрастного судьи, пролоббированного заинтересованными сторонами:
«Вы совершили постыдный поступок: оклеветали достойнейшего из членов нашего общества! Обладающего уникальным аналитическим, дедуктивным, логическим даром, не имеющим ничего общего с тем мистическим шарлатанством, что ещё присутствует в среде таких, как вы! Мне представляется противным ваше желание нажить себе имя, измазав в грязи честного человека, которому верят миллионы…», - такими, или почти такими выражениями, выносил вердикт почтенный судья в чёрной мантии с белым воротником. «Виновен! По всем статьям иска уважаемого и всеми любимого ведущего, действующего гражданина первой категории…».
Одна тысяча часов исправительных работ и публичные извинения. На карьере провравшегося публициста, неоновым светом зажглось клеймо лжеца, короля фэйков. Окончательный же крест водрузился над его именем в посмертной записке, оставленной им перед самоубийством, когда он, не сумев удушиться в ванной комнате шарфом, два раза выстрелил себе в голову.
«Я ни в чём не виноват. Вы все ублюдки режима...».
Раз журналист так жаждал покончить с собой, то общественность ещё больше уверовала в справедливость вынесенного наказания. Другого варианта не оставалось.
