- Донна привела, - Адам взволнованно смотрел на Женю. – Что случилось?
- Ничего, уходи.
- Не могу, прости, я же вижу, как тебе плохо. Я беспокоюсь.
- Не нужно, - Женя отвернулся, чтобы не видеть этих встревоженных серых глаз.
- Буду… Мы же вместе? – уточнил Адам.
- Не знаю, - Женя по-прежнему смотрел в сторону.
Адам тихонько сжал Женину ладонь:
- Почему?
- Что почему? – Женя попытался вытянуть свою руку, но Адам сжал пальцы сильнее.
- Почему не знаешь? Мы же встречаемся, разве нет?
- Ох, Адам, - Женя все-таки вырвал свою руку и закрыл ладонями лицо, - потому что ты обо мне многого не знаешь.
- Так расскажи, и я буду знать.
- Если б это было так просто, - угрюмо ответил Женя.
- А ты попробуй, и, может, все окажется не таким уж сложным.
Как будто мало было разговора с матерью, разорвавшего надвое его душу, так теперь еще и Адам с допросом. Но обманывать его он больше не мог:
- Я парень, - тускло сказал Евгений.
Адам осторожно привлек его к себе и обнял, уткнулся носом в чистые волосы, вдохнул глубоко, сказав негромко:
- Вот и хорошо, вот и слава Богу.
Женя ничего не понимал.
- Что хорошего-то? – пробурчал он ему в плечо.
- Всё хорошо, и всё будет хорошо, - Адам гладил Женю по стройной, но сильной спине, - а еще лучше станет, когда ты скажешь, как тебя зовут.
- Ты что? Тебе, что, все равно, что я парень?! Ты разве гей?
- Не знаю, - Адам пожал плечами, пропуская сквозь пальцы шелковые пряди, руки никак не хотели отрываться от Ева, - наверное, все равно.
Женька истерически засмеялся.
- Ну что ты, тише, тише, - Адам прижал его к себе крепче, внутри разливалось тепло, словно он обрел то, что неожиданно стало центром его мира. – Так как тебя зовут?
- Женя, Евгений.
Адам улыбнулся: теперь понятно, откуда эта «Ева».
- Очень красивое имя, такое же, как и ты.
Сколько они так просидели, было трудно сказать. Женя прижимался головой к груди Адама, слушал гулкие удары его сердца и понимал, что мог бы так сидеть вечно. Расставаться не хотелось, но когда между ними попытался влезть Трэмп, Адам понял, что пора уходить.
Дома он даже не вспомнил о предстоящей защите, принял душ и лег спать, проигрывая в памяти весь сегодняшний день. И оба в постелях прижимали к себе своих мурлычащих питомцев и заснули одновременно, улыбаясь.
Глава 6
Утром на защиту, напутственный вдохновляющим поцелуем Жени, Адам ехал в слегка сомнамбулическом состоянии: в голове плавал туман, в котором вместо фраз из магистерской всплывали Женино лицо, его глаза, губы, руки, тепло его тела. За завтраком Женя предложил сопроводить Адама на защиту, оказать моральную поддержку, но Адаму стоило только представить, как он посмотрит на Женю, сидящего в аудитории, встретится с ним глазами, предсказуемо утонет в них, голова освободится от последних мыслей, и он начнет опять блеять и тупить. Нет! Лучше уж он сам съездит защитится, а потом они смогут это дело отметить вдвоем.
***
Адам в одних домашних шортах и бандане, по-пиратски завязанной на голове, нарезал мясо на одинаковые куски. Предложение Жени поехать на пару дней в лес с ночевкой было неожиданным, тем более что с ними ехала еще одна пара, но, с другой стороны, жить с Женей в одной палатке, спать рядом, было очень соблазнительно. И вот теперь он делал заготовки на шашлыки, в большой миске уже лежал нарезанный кольцами лук, на соседней доске – подготовленные к мариновке очищенные тушки скумбрий. Запеченные на мангале они тоже будут очень хороши. Продукты для вылазки купили Женя с друзьями, мотивируя тем, что Адаму придется их готовить, но тут Жека, чтоб смягчить горькую правду (ну, какие из них, в самом деле, повара? Только испортят всё!), захлопал пышными ресницами, посмотрел томно и, облизывая губы, прошептал:
- Я буду тебе помогать, всё-всё-всё сделаю, что ты скажешь, не думай, что мы будем отдыхать, а ты пахать как раб на плантации.
Адам засмеялся, обнял его, прижимая к себе и чувствуя, как внутри поднимается волна тепла и, блин, похоти, сказал на ушко, обжигая своим дыханием:
- А я и не думаю ничего, тем более что готовить мне в удовольствие, только я на мангале буду, хорошо? А то на костре попалю еще всё. Ни разу не пробовал.
Женька трепетную лань из себя больше не строил, но, видно, кокетство у него было в крови. Ну не мог он, видя, как Адам реагирует на каждое его движение, призывный взгляд, взмах ресниц и нежную улыбку, не посылать ему эти все сигналы.
Адам переложил мясо к луку, посыпал солью, специями и добавил пачку майонеза: те «специалисты», что покупали свинину, вместо того, чтобы взять шею или кострец, идеально подходящие для шашлыка, купили постную часть лопатки. Так что теперь вместо того, чтобы замариновать мясо в сухом вине, приходилось это делать в майонезе, иначе шашлык получится сухим. А вино можно взять с собой, у него было пара бутылок испанского Каберне Совиньон, идеально подходящего к шашлыку, ну, по крайней мере, Адам надеялся, что друзья Жени пьют вино.
