«Обалдели, так орать!» - было написано на трехцветной мордашке. Примадонна, испуганно дергая хвостом, взметнулась вверх по двери и притаилась наверху.
Трэмпа никакие охи-вздохи не пугали, тем более что его Верзила не орал, а только тоненько поскуливал, насаживаясь в кулак Второго. А вот шустрое исчезновение «мамочки» котофейку заинтересовало. И он, плюнув на невесть чем занимающихся верзил, кинулся вослед Донне. Но по пути котишко забыл зачем бежал, а потому для освежения памяти пристроился перекусить. Кто ж знал, что обоих питомцев понесет на кухню!
В кухню Ева внесли на руках. Тот, сцепив ступни за спиной Ада, постанывал и терся, терся пахом о живот, даже не замечая, что делает Далинь. А он просто открыл холодильник и достал оттуда взбитые сливки – вот когда они пригодились.
Путь к дивану оказался неблизок. Не в силах сдержаться, Адам останавливался через каждый шаг и целовал изнывающего от страсти Жеку. Жека изгибался, стонал всё громче, мотал головой, пытаясь, впрочем безуспешно, удержать стоны.
Подкрепившись, Трэмп радостно присоединился к подруге на двери и попытался цопнуть лапкой темные волосы. Но те самым наглым образом, качнулись вперед, и их обладатель, унося в руках обладателя светлых кудрей, удалился в сторону спальни. Ладно, сойдет! Трэмп, торопливо шкрябая коготками по дереву двери и даже не заметив, что впервые забрался на свой личный Эверест, спустился вниз. Задрав хвост, кот прогалопировал к дивану, но тут у Примадонны лопнуло терпение. «Не мешай!» - мяукнула она разгулявшемуся котейке и прикусила загривок шерстистому ребенку. Ребенок мявкнул что-то, вывернулся из пасти и со всех лап ломанулся в спальню.
В спальне уже началось самое интересное, и Трэмп приготовился было принять самое непосредственное участие в действе на диване, как Донна, верно оценив обстановку, цапнула разгулявшегося малявку за шкиряк и поволокла выкрикивающего советы обормота привычным путем к себе домой.
Пусть их питомцы сами разбираются, что им там надо делать. Свою миссию по их соединению, не без помощи мелкого, Донна выполнила.
***
Адам опыта никакого не имел, но утешал себя словами кого-то из знаменитых: «Не бойтесь делать то, что не умеете. Помните, ковчег построил любитель – профессионалы построили Титаник». В конце концов, всю нужную инфу он теоретически уже освоил, осталось применить на практике.
Адам уложил Женю на диван и сел на его ноги, обхватил рукой горячий, пульсирующий член, сжал пальцы и провел вверх, оглаживая головку и вырывая стон. Женя расслабился, позволяя делать с собой абсолютно всё. Адам слез с ног, умостившись рядом, наклонился и провел языком по головке, Женя закрыл глаза и замотал головой из стороны в сторону, подаваясь бедрами вверх. Адам сомневался, что сумеет с первого раза сделать шикарный минет, но судя по всему, пока все Жеке нравилось, и он продолжил: обхватил губами головку, слегка пососал ее, обвел вокруг языком, потеребил уздечку. Попытался насадиться ртом поглубже, но понял, что еще не готов к такому, тогда он просто начал сосать ее как леденец, то втягивая, то почти выпуская, не забывая играть языком. По тому, как напрягся Женя, он понял, что тот уже на грани, и еще интенсивнее нарастил темп, помогая рукой. Женя оттолкнул голову Адама и кончил, заливая спермой свой живот, глаза его были закрыты, и сил шевелиться не осталось совершенно. Адам смиренно лежал рядом, упираясь ему в ногу стояком. Можно было дрочкануть, но хотелось совсем другого, и он ждал.
- Я думал, что умер, - наконец разлепил губы Женя.
Адам успокаивающе погладил его по животу, размазывая сперму. Женя лег на бок и, притянув к себе Адама, смачно поцеловал:
- Это было нечто, и ты тоже нечто.
- Нечто? – хмыкнул Адам.
- Нечто обалденно-ох*ительное, - он потянулся к ящику комода, стоявшего под стенкой за диваном, и вытащил презервативы и смазку, - давай, теперь твоя очередь.
Адам положил на постель подсобные средства и, обняв Женю, нежно поцеловал его. Постепенно поцелуи углублялись, становясь всё крепче и жарче, Женя прижимался плотнее, стонал ему в рот:
- Адам, Адам, Адам, хочу…
