Да, я заморозил бы весь ад – лишь бы охладиться.
Да, я бы убил, да,я бы покалечил,
Да, я попал бы в жидкий воздух и появился вновь.
Будь искренним, и я буду таким же.
Я бы солгал, да, я бы солгал!
Да, я был бы здесь восстав из мёртвых,
Чтобы получить острые ощущения.
Я скажу “ДА” ,я скажу “ДА”!
Способен ли ты полюбить монстра?
Мог бы ты понять красоту чудища?
Я сделал бы всё это для тебя,
А сделаешь ли ты всё это для меня?
Lordi – “Would You Love a Monsterman”
Питер честно не мог понять, как так получилось. Как он начал искать среди прохожих лицо человека, которого он никогда не видел? А человека ли? В тот день он еще очень долго сидел возле своих роз и пытался разобраться в каше, творящейся в голове. Снова и снова прокручивая в голове алые глаза и тихий голос. Еще две бессонные ночи в раздумьях, и истерзанное сознание милостиво позволило спрятаться в беспамятстве. А потом стало легче.
Флешбэк
Бобби позвонил через неделю и устроил грандиозный разнос из-за сорванных двух контрактов. Пообещав приехать и лично надрать задницу «симпатичной модельки», велел ехать в студию. Если Питер прежде послал бы своего шефа, то сейчас он готов был всеми конечностями вцепиться в работу. Потому что это было единственное, что заглушало мысли. Так что, он собрался за рекордные двадцать минут и, приведя себя в относительно божеский вид, выскочил из квартиры.
Город оглушил его своими многочисленными звуками и заставил вздрогнуть. Проведя взаперти больше месяца, он уже отвык от шума и стольких лиц. На мгновение захотелось малодушно отступить. Спрятаться за крепкими стенами и больше никогда не выходить. Но скрываться больше не было сил. Он устал бояться, устал прятаться и ждать неизвестно чего. В конце концов, за свою жизнь он и не через такое проходил. Силы жить дальше были всегда.
Канадец потянул длинные рукава кофты до самых пальцев и, накинув капюшон кожаной куртки, поспешил вниз по дороге. Надеясь, что поймает такси до того, как отвратительная погода окончательно взбесится. Такси нашлось быстрей, чем он думал, и уже через несколько минут Питер невидящим взглядом провожал унылые дождливые улицы. Он совершенно выпал из реальности и не заметил, как машина остановилась у главного входа модельного агентства.
Как он и думал, стоило только зайти, его сразу же, схватив за руки, потащили к стилисту. Только сегодня весь треп Амбре прошел мимо его сознания, и даже предупреждение о рвущем и мечущем Бобби. Видимо, он и в правду довел шефа, раз тот, плюнув на собственные привычки, остался следить за съемкой. Мрачно переглядываясь с обеспокоенным фотографом. Оба они слишком хорошо знали неугомонную и капризную натуру своего любимчика. Но сегодня с парнем явно что-то было не так. Он словно смотрел сквозь людей. Отрешенный, слишком спокойный и задумчивый. Камера легко передавала всю красоту его печальных остекленевших глаз. И, несмотря на то, что огня в этих фотографиях не было, там проявилась совершенно другая его сторона, о которой сам он давно уже позабыл.
- Малыш, ты сегодня хорошо поработал, – наконец произнес Бобби и сверкнул карими глазами, – надеюсь, больничного тебе хватило, потому что работы в ближайший месяц будет много. Я подцепил настолько шикарный контракт, что даже такая язвочка, как ты, будет довольна гонораром.
- Я в порядке, – кивнул Питер и сам удивился тому, как хрипло звучал голос.
А потом блондинистый помощник шефа принес большую белую коробку, перевязанную шелковой алой лентой. Кряхтя, поставил ее на стол возмущенного фотографа и с ухмылкой посмотрел на Питера.
- От безымянного поклонника, конфетка, – пропел блондин.
- Бени, – напряженно выпрямившись, процедил Питер, – сколько говорить, чтобы от анонимок ничего не принимали?!
- Спокойно, конфетка, – невозмутимо ответил парень, – мальчики на входе проверили, взрывчатки или еще чего там не было. – Ну, глянь ты хоть одним глазком. Я же от любопытства помру, если не узнаю, что таскал на своем бедном горбу.
- А почему бы и нет? – удивленно спросил Бобби, – оберточка очень даже дорогая. Пити, малыш, это кто у нас тебе дарит подарки с шелковыми лентами?
- Это таааак эротичнооооо, – манерно протянул Амбре и, прижав к груди кисточки для пудры, жеманно «потерял сознание» прямо в объятиях ахнувшего блондинистого помощника.
- Придурки, – закатив глаза, вздохнул Питер и перевел взгляд на свой подарок.
В отличие от остальных, ему было совершенно не смешно. В груди нарастало тяжелое беспокойство. Он одновременно и хотел узнать, от кого этот подарок, и, не открывая, выкинуть его в окно. Потому что разум упорно шептал, что он знает ответ. От коробки веяло знакомой прохладой. Тонкие дрожащие пальцы осторожно коснулись мягкой ленты и медленно потянули в сторону. Узелок легко развязался, и нетерпеливый Амбре стащил крышку, совершенно не ожидая, что стенки распадутся. Половина народу, которая стояла рядом, ахнула, другая завистливо простонала, а третья заинтересованно зашушукалась. А вот испуганного Питера смело от стола в сторону.
