Слуги бегали все в делах, старшие, как и младшие представители семейства Валгири, заперлись с пришлыми альфами в конференц-зале, Эрика утащила Джи-Джи на шопинг, и Алану, если честно, с трудом удалось отмазаться. Джулиан смотрел, как на врага человечества, но в итоге все-таки был утащен рыжим монстром в стразах и блестках. Салливан же остался предоставлен сам себе. В итоге, это привело к прогулке по Волчьему Двору. Да, его предупреждали никуда не ходить в одиночестве, но, в самом деле! Кто говорил, что он вообще будет вести себя, как покладистый кролик? И потом, ему нужно было подумать и переварить весь сегодняшний день и желательно без брутальных клыкастых нянек. В итоге, вечерний прогул по городу завел его к уже очень хорошо знакомому ночному клубу «Серп», в котором сейчас громыхала музыка и слышались голоса толпы.
Стоило только зайти, как на него обрушилась громкая ритмичная музыка, нервный мигающий неоновый свет и целая мешанина из запахов, которую даже со своим человеческим нюхом он мог спокойно учуять. И здесь вправду было много чужаков, некоторые из которых проводили его весьма заинтересованными глазами. На сцене между двумя прозрачными пилонами, блестящими электрически-голубым светом, извивались трое совершенно неизвестных волчиц. У бара толпилась молодая компания, где, пританцовывая, смешивал коктейли молодой волк – Энис. Увидев Алана, он приветливо улыбнулся и махнул рукой, в которой держал бутылку водки. Махнув ему в ответ и кивнув знакомым, блондин направился к бару.
- Что будете сегодня, мастер Алан? – широко улыбаясь, спросил Энис.
- Что-нибудь крепкое, чтобы либо мозги встали в стойку, либо их вообще отшибло, – хмыкнул дизайнер и опустился на высокий барный стул.
- О как, – удивленно округлив глаза, произнес оборотень, а потом, понимающе усмехнувшись, продолжил, – совсем хозяин вам нервы растрепал?
- Он мне мозги затрахал, – закатив глаза, ответил Алан, – так что, дай что-нибудь для дезинфекции.
Рыжий веснушчатый бармен кивнул и, сверкнув карими глазами, обернулся к высоким полкам, на которых стояла целая батарея бутылок. От карибского рома до шотландского виски и японского саке. И пока молодой волк искал, чем бы порадовать любимого стаей человека, сам этот человек облокотился о стойку и мрачно подумал о том, что стоило бы у Гора выведать личность того урода, который хотел его убить. К Эрику и к его стае у него не было претензий. Тут и к гадалке ходить не надо, чтобы понять, что светловолосый альфа не знал о том, что готовилось. Ему Алан был нужен живым, здоровым и желательно собственными ногами пришедшим к нему.
Стоило только вспомнить о произошедшем, как перед глазами живо встало окровавленное и искаженное болью лицо Кайрена. Руки затряслись так сильно, что он едва не уронил рюмку сиреневого нечто. Его состояние не укрылось от внимательных глаз взволновавшегося бармена. Отрицательно покачав головой на вопросительный взгляд Эниса, Алан опустил глаза на зажатую в руке рюмку и нахмурился.
- Это что?
- Слезы Девственницы, – довольно кивнул Энис, – только осторожней, мастер Алан. У вас хоть и небольшая доза, но волка эта штука валит, словно траву косит.
Не успел он и пискнуть, как Алан залпом осушил стопку и в следующею секунду закашлялся, как столетний дед. Лицо стало краснее помидора, а из глаз потекли слезы. Он судорожно хватал ртом воздух и от резких движений чуть не свалился со стула. Когда же он более или менее пришел в себя, то задушено просипел:
- Что это было?
- Я же говорил, – произнес Энис и потянулся к бутылке Джека Дениелса, когда его неожиданно остановили.
- Ничего не понял, – задумчиво рассматривая пустую рюмку, произнес Салливан, – повтори.
Второй шот Алан получил лишь из-за впавшего в шок от этого совершенно спокойного и трезвого голоса бармен. Наливал Энис на автопилоте, и с каждой новой стопкой смотря на человека с возрастающим благоговением. Откуда же ему было знать о состоянии блондина. А тот, несмотря на каменное и абсолютно трезвое лицо, чувствовал, что уплывает. После второго шота Алан подумал, что эта девица была кем угодно, но уж точно не девственницей. От ее «слез» вышибло мозги почти сразу же. После третьего шота мир показался радужным, с милыми пони, какающими бабочками. После четвертой активировался режим «жопа – приключения». После пятой мозги дружно согласились и понесли жопу к приключениям, чуть ли не на руках. Опомнился он уже когда фыркнул и, окинув извивающихся на сцене девиц презрительным взглядом (и надо подчеркнуть, что НИ РАЗУ не покачнулся и язык даже ни на одной буковке не споткнулся), выдал:
- Да, с такими дохлыми телесами энтузиазм не встал бы даже у моего деда.
