С того времени минуло много лет, он постарел, и огонь погас, превратившись в холодный расчет. Перестав доверять окружающим, он теперь предпочитал грубо вламываться в их головы и читать их души. Узнавая все самые сокровенные тайны и убеждаясь в их помыслах. Порой и насмехаясь от идиотизма их глупых планов. Особенно тех, которые были связанны с его персоной.
Этот трюк, пожалуй, не проходил только с одним человеком. Только с каждым новым днем Кай все больше сомневался в том, что имеет дело с «человеком». А Кристофер только тонко и остро улыбался и уходил от разговоров о себе. После ухода Салливанов и их людей он вместе со своей группой остался. Это было весьма колоритное сборище из вампиров, волков и людей. Во главе которого стоял самый необычный человек, которого когда-либо знал Кай. Со склочным характером, гибким умом, наглостью в несколько миллион тонн и до невозможности похожий на своего крестника. Настолько, что иногда Кайрену даже казалось, что это Алан стоял по правую руку и отпускал ехидные колкости. Но, несмотря на это, он так и не смог очаровать волков Валгири так же, как это сделал его крестник. Особенно натянутые отношения у Криста были с начальником безопасности.
В последнее время это было почти идеалистической картиной. Похабные песенки Кристофера, испепеляющий взгляд Гора и целая толпа народу, которая не давала ему покоя. Кай уже успел привыкнуть к этому. К чему ему не удалось привыкнуть, так это к отсутствию одной белобрысой язвы в своей жизни.
Кай держит слово, данное Готфриду. Уже целый месяц держит и готов рвать глотки всем окружающим от глухого раздражения и тоски. От Алана нет ни одной весточки. Они тут скоро развернут целую глобальную войну, а его лио молчит, словно в воду канувший.
Он ходит без сна и покоя уже очень давно. Снова замерзая изнутри и чувствуя, как отмирают все эмоции. Медленно, одна за другой. Он снова один, и впереди неизвестность. Остается только делать то, что у него всегда получалось лучше всего – убивать. В этом ему нет равных. Он щедро сеет смерть и все больше уходит в себя. Кай прикрывает глаза и снова отрывается от окружающего мира. Он все больше углубляется в собственного зверя и ищет искры той тьмы, которая живет в нем. Она отзывается сразу же, стоит ему только мысленно позвать ее. Опутывает его разум и блестит голубыми глазами. Он смотрит в них и с трудом сдерживает барьер своих эмоций. В голове набатом звучат слова Криста о том, что нужно до конца прятать от Алана все свои эмоции и мысли. Заменять их другими, искусно сотканными из лжи. И оба они знают, что это сейчас единственный способ держать Алана подальше от Британии. Потому что проклятый Небесный чувствует его так, как себя самого. Он ловит мельчайшие отголоски боли и ярости. Он слышит волчью тоску и рвется из собственного убежища.
Алан по-прежнему не может мыслить здраво. Гнев душит его в алом мареве, и от него непрерывно несет жаждой крови. Он бьется в бешенстве и разрушает все, что попадается на его пути. Его разум пребывает в вечной тьме, где проблески света вспыхивают лишь тогда, когда он улавливает Кайрена.
Черный альфа знает это наверняка, потому что он каждый день, каждую минуту чувствует Алана. Он по-прежнему не знает где он, но зверь в нем слышит каждую эмоцию Салливана. Он ласково урчит и тихо рокочет, пытаясь успокоить в очередной раз разбушевавшегося Небесного. Как ни странно, но это помогает. Дагура и сам похож на дикого зверя. Израненного, загнанного и не желающего возвращаться в свою клетку. Он продолжает бесноваться и затихает лишь тогда, когда ему удается дотянуться до мыслей Кайрена. А туда он врывается часто. Словно ледяной ураган проходится по внутренностям и железными когтями вцепляется в разум. Он ластится, шепча что-то неразборчивое, и пытается уловить хоть малейший намек на боль или страдания. Только Кай уже готов к этому. Он привычно делится своим покоем и ласково урчит, пока Эбот вытаскивает из его ран куски зачарованного серебра и орет благим матом.
«Я скучаю... Я так скучаю по тебе...», – Кайрен закрывает глаза и с наслаждением смакует отрывистые слова, которые нашептывает ему белокурый Небесный.
- Не дай ему взять над тобой верх, – в реальность возвращает жесткий голос Криста, сидящего здесь же, – он тебе зубы еще не так заговорить может.
Он шипит и морщится, пока его самого штопают без анестезии. А Кайрен, распахнув глаза, не моргая смотрит на очередные тлеющие огни недавно уничтоженной ими спецшколы и кровавые ошметки тел. Кристофер – умный человек, но он явно не понимает, что черный альфа давно уже во тьме...
Идет уже второй месяц ожесточенных боев, и угроза секретности из мифической превратилась в реальную. Потому что больше никому до этого больше нет дела. Люди в полной панике. Правительства вводят комендантские часы. Армия стоит на ушах, а беспорядки все растут. Страны закрывают свои границы и сворачивают дипломатические миссии. Теперь все смотрят друг на друга, словно бешеные псы, и рвут в клочья, пытаясь первыми добраться до мифического оружия.
