Я начал вспоминать другие важные моменты в моей жизни, когда необходимо было получить разрешение. Я запрашивал разрешение у Службы контроля, чтобы стрелять во врагов. Просил разрешения у Королевского фонда, чтобы провести игры Игры Непобежденных. Подумал о летчиках, которые просили у меня разрешение, чтобы пересечь мое воздушное пространство. Я сразу же почувствовал, что вся моя жизнь - бесконечная череда просьб о разрешении, и все они - предисловие к вот этой просьбе о разрешении.
Бабушка пошла обратно к ренджроверу. Я быстро пошел за ней, собаки кружились у моих ног. Я посмотрел на собак, и мысли мои завертелись. Мама любила говорить, что находиться рядом с бабушкой и собаками - всё равно что стоять на движущемся ковре, и я знал большинство этих собак, мертвых и живых, словно они были моими кузенами и кузинами. Дуки, Эмма, Сьюзен, Чиппер - утверждали, что все они были потомками корги, принадлежавших королеве Виктории, чем больше всё вокруг менялось, тем больше корги оставались всё теми же, но это были не корги, это были охотничьи собаки, у них было другое назначение, и я понял, что мне необходимо его понять, больше ни секунды не медля, так что, когда бабушка открыла заднюю дверь и корги бросились в машину, я подумал, что мне нужно их погладить, но потом вспомнил, что у меня в каждой руке - по мертвой птице, их обмякшие шеи расположились между моими пальцами, подернутые пеленой глаза закатились (птицы, я вас понимаю), я до сих пор чувствовал тепло их тушек сквозь перчатки, и вместо того, чтобы погладить собак, я повернулся к бабушке и увидел, что она повернулась ко мне и нахмурилась. (Неужели она поняла, что я боюсь. Боюсь просьбы о разрешении Ее Величества? Поняла ли она, что, несмотря на то, что я очень сильно ее люблю, я всегда волнуюсь в ее присутствии?). Я увидел, что она ждет, когда я начну говорить, и ждет с нетерпением.
Бабушка лучезарно улыбнулась:
- Ну, в чем дело?
Я закашлялся:
- Бабушка, ты ведь знаешь, что я люблю Мег, и я решил, что мне хотелось бы попросить ее руки, и мне сказали, эмм, что я должен попросить твоего разрешения, прежде чем сделать предложение Мег.
- Должен?
- Хм. Ну да, это сказали сотрудники твоей службы протокола, и моей - тоже. Что я должен попросить твоего разрешения.
Я замер, был столь же неподвижен, как птицы в моих руках. Смотрел на бабушкино лицо, но на нем ничего нельзя было прочесть. Наконец, она ответила:
- Ну, тогда, полагаю, мне следует ответить положительно.
Я зажмурился. Ты считаешь, что должна дать согласие? Значит ли это, что ты разрешаешь? Но на самом деле хотела бы отказать?
Я не понял. Это сарказм? Ирония? Умышленный полунамек? Она решила немного поиграть в слова? Я никогда не слышал, чтобы бабушка играла в слова, и было бы очень странно, не говоря уж о том, что очень неудобно, если бы она вдруг начала, но, может быть, она просто увидела возможность обыграть мое злосчастное слово «должен» и не смогла удержаться?
А может быть, за этой игрой в слова таился какой-то скрытый смысл, какое-то послание, которое я не понимал?
Я стоял и жмурился, улыбался и спрашивал себя вновь и вновь: «Что только что сказала мне королева Англии?».
В конце концов, я понял: «Она говорит «да», идиот! Она дает разрешение. Какая разница, как она это сформулировала, просто пойми, что ответ - «да».
Так что я начал захлебываться словами:
- Отлично, бабушка! Прекрасно! Спасибо! Большое тебе спасибо!.
Мне хотелось ее обнять.
Очень хотелось обнять.
Но я этого не сделал.
Посмотрел, как она садится в ренджровер, и пошел обратно к папе и Уиллу.
Я взял кольцо из шкатулки Мег и отдал его дизайнеру, чтобы тот узнал ее размер.
Поскольку у него также хранились мамины браслеты, серьги и ожерелья, я попросил его взять бриллианты из самого красивого маминого браслета и использовать их для создания кольца.
Я заранее обсудил это всё с Уиллом, спросил брата, можно ли получить браслет, и объяснил, для чего это. Не помню, чтобы он хотя бы секунду сомневался, прежде чем отдать браслет мне. Кажется, ему Мег нравилась, несмотря на всю часто высказываемую им обеспокоенность. Кейт она тоже, кажется, нравилась. Во время одного из приездов Мег мы пригласили их на обед, и всё прошло хорошо. Уилл простудился, чихал и кашлял, Мег побежала наверх и принесла ему одну из своих гомеопатических панацей. Масло орегано, куркума. Уилл, кажется, был тронут и очарован, хотя Кейт заявила за столом, что он никогда не принимает такие неконвенциональные лекарства.
В тот вечер мы говорили про Уимблдон, и про «Форс-мажоров», Уиллу и Кейт хватило смелости признаться, что они - суперфанаты сериала. Это было приятно.
Единственный диссонанс, который я смог вспомнить - заметная разница в одежде двух женщин, которую, кажется, они обе заметили.
Мег: рваные джинсы, босая.
Кейт: идеальный наряд.
Я думал, что это неважно.
Я попросил дизайнера добавить к бриллиантам из браслета третий - бриллиант из Ботсваны, в истории которого не было крови.
Он спросил, срочно ли это.
- Ну...теперь, когда вы спросили...
