Юле показалось, что она узнала женский голос в коридоре. Правда, она слышала слишком мало, чтобы быть уверенной. Но такая мысль у нее все же возникла. Кроме того, женщина сказала о ремонте, который так и не сделали. То есть в этой квартире она бывала, и проблема ремонта когда-то волновала и ее тоже. Что сказала Жанна9 Что Ивану предложили мизерную цену за квартиру именно потому, что требовался дорогостоящий капитальный ремонт!
Этой женщиной могла быть Таня. Только Таня! Она договаривалась с кем-то о срочной встрече очень торопилась, исчезла вечером после похорон, Это была Таня, и ее привез туда Роман. Насчет него я ничуть не сомневалась. Был ли с ними кто-то еще, кроме Жени? Если кто-то и был, в выносе тела он не участвовал, за мной не погнался, ничем себя не проявил… Нет, скорее всего, они действовали вдвоем.
– Я вас спрашиваю, кто те люди? О ком вы говорите?
Я словно издалека услышала голос Жанны и опомнилась.
– Скажите, Татьяна не называла в последние дни никаких имен? Роман? Дина?.. – Я слегка запнулась и через силу добавила:
– Евгений?
– Никаких имен она не называла! – все больше нервничая, ответила Жанна. – Думаете, я не спрашивала, кому она звонит?! Она говорила, что это касается имущественных вопросов, вот и все.
– Звонки начались только после смерти Ивана?
Она подтвердила.
– Ксения говорит, что передала ей папку с документами на участок. Где у вас лежат документы?
Жанна была так подавлена, что даже перестала задавать вопросы. Она безропотно подошла к старому комоду, выдвинула средний ящик и достала большую лопнувшую по швам коробку из-под печенья.
– Все тут, – сказала она, снимая крышку. – Но я не видела, чтобы она клала сюда какую-то папку. Я же говорю, она даже чаю не выпила, когда вернулась с поминок…
Тем не менее ее холеные пальцы продолжали торопливо перебирать документы. Чего тут только не было: старые квартирные книжки с выдранными корешками, товарные чеки и гарантийные талоны бог знает за какой год, бежевая от старости инструкция к швейной машинке… Внезапно она остановилась и стала перебирать документы вновь.
– Странно, – сказала Жанна. – Нет его свидетельства…
– Чего нет?
– Свидетельства о рождении Гены. И ее паспорта тоже нет…
– Но паспорт она наверняка носила при себе?
– Да что вы, никогда, – протянула Жанна. – Она боялась его потерять. Вы ее не знали, она вечно все теряла, могла оставить сумку без присмотра… Я сама настаивала, чтобы она оставляла паспорт дома. И зачем он ей? Ее никогда не останавливала милиция.
Жанна закрыла коробку и задвинула ящик. Вид у нее был растерянный, руки дрожали. Я попыталась настоять, чтобы она еще поискала папку, но Жанна покачала головой:
– Я не видела никакой папки. Она ее просто не доставала. Даже не знаю, какого она была цвета. Надя, как вы думаете, что все это значит?
– Думаю, она очень торопилась продать участок?
– На ночь глядя? Да ведь нотариус в такую пору не работает.
Я ничего не ответила. Меня мучил другой вопрос. Татьяна была согласна продать участок – она говорила только об этом и даже торопилась это сделать. Тогда почему же она до сих пор не объявилась? Если от нее требовали этой сделки и она была согласна из-за чего мог произойти конфликт?
– Ох, с ней случилось самое плохое, – невыразительно произнесла Жанна. – Я это точно чувствую!
– За сколько она хотела продать участок, не помните?
Жанна махнула рукой:
– Сумма не называлась. – Она вдруг подняла руки и прижала пальцы к вискам. Постояв так с минуту, глядя в пол, она медленно проговорила:
– Таня сказала, что за бесценок ни за что не отдаст. Да, я вспомнила. Она сказала это так возмущенно, как будто…
– Как будто ей как раз это и предлагали? Жанна опустила руки и кивнула:
– Да, это прозвучало именно так, будто она с кем-то спорила…
Я попросила пустить меня к телефону. Жанна провела меня в коридор, такой тесный, что, когда она встала рядом, стало нечем дышать.
– Вы собираетесь звонить в милицию? – спросила она.
Этого я как раз не собиралась делать. Я хорошо помнила, чем увенчалась моя первая попытка. Меня обвинили чуть ли не в краже сумочки, и только заступничество Павла спасло меня от путешествия в отделение. Хороша я буду, когда начну уверять, что труп из квартиры все-таки вынесли, но девушка в тюке была другая!
Меня передернуло, и я достала из бумажника визитку Павла. Только бы он оказался дома!
Он был дома и, кажется, обрадовался, услышав мой голос.
– Надюша? – воскликнул он с фамильярностью, от которой я уже успела отвыкнуть. – Жива-здорова? Все в порядке?
– Жива, – невольно улыбаясь, ответила я. – Только порядка нет… Знаете, кажется, у нас все-таки получится сюжет. Точнее, у вас. А мне нужна помощь.
– Сюжет? – переспросил он, будто не понял, о чем речь. У меня даже сердце похолодело. Но в следующий миг оказалось, что недавние события просто успели потерять для него значение. Он сейчас занимался совсем другими делами – мое приключение было только одним из многих эпизодов… – Что-то новенькое появилось? – без прежнего интереса спросил он.
– Да, это насчет тюка. Помните?
– Ну конечно. И что там было?
– То, что я и думала.
