Это был первый день нового учебного года, и Тео, как обычно после каникул, находился в дурном настроении. Он терпеть не мог, когда его свободу ограничивали, и высматривал, на ком бы сорвать недовольство. Новенькая девочка, длинная и тощая, бедно одетая, показалась ему идеальным вариантом, но подойти к ней Тео не успел. Его опередил Мартин.
Даже в свои двенадцать Мартин уже был любимцем девчонок, чем бессовестно пользовался. Любая, к которой он обращался, краснела, бледнела и начинала лепетать невообразимую чушь от смущения. Мартин снисходительно улыбался, если девочка ему нравилась, и изощренно издевался, если нет.
Нескладная новенькая явно относилась ко вторым, и класс ждало развлечение.
— Привет, малышка, — Мартин одарил ее самой соблазнительной улыбкой. — Новенькая?
— Разве это не очевидно? — удивилась девочка.
К обаянию Мартина она осталась совершенно равнодушна.
— Деточка, тебе стоит быть повежливее, — Мартину это не понравилось. — Ты здесь из милости, и можешь вылететь в любой момент, если не выкажешь достаточную благодарность.
Высокопарные фразы Мартин тоже любил, зная, что зачастую ставит в тупик тех, кто не в состоянии разобрать, что он имеет в виду.
Вид у новенькой стал еще более удивленный, но смущенной она не выглядела.
— Из милости? — повторила девочка и гордо выпрямилась. — Я заработала свою стипендию, а не получила в подарок. И я не уверена, что, окажись ты на моем месте, сумел бы добиться того же.
— Я уже здесь учусь! — гордо ответил Мартин.
— Потому что об этом позаботились твои родители, — пожала плечами девочка. — И без них ты вряд ли попал бы сюда. А мне помощь родителей не понадобилась. Так что не тебе говорить о милости и вежливости. Сам-то умеешь выказывать благодарность?
Вид Мартина, слушавшего эту отповедь, мгновенно улучшил настроение Тео. Невольно он почувствовал симпатию к девочке, уверенной в себе и смелой. Она не стушевалась перед напором незнакомого мальчишки, не смутилась из-за заговорившего с ней красавчика и уж точно не чувствовала себя недостойной того места, где очутилась.
Тео нравились смелые люди, и он решил, что точно не будет усложнять жизнь девчонке, давшей отпор его братцу.
— Да как ты смеешь! — разъяренно зашипел Мартин.
— Стоп, — властно подняла руку девочка. — Если ты собираешься продолжать в том же тоне, то я в этом не участвую.
И, больше не обращая внимания на мальчишку, она прошла на свободное место.
Ее имя стало известно только на уроке, когда учитель представил Кассандру Фивиа классу. И с этого момента Мартин не оставлял попыток уязвить и задеть эту девочку. Но она всегда давала ему отпор. И за этими представлениями следил весь класс, включая Тео, которому нравилось смотреть, как его братец в очередной раз получает щелчок по носу. Но со временем это противостояние сошло на нет. Мартин умел отступать, если не мог победить.
Тео, обращавший внимание на стипендиатку только тогда, когда с ней ругался Мартин, вскоре и забыл о ее существовании. Жизнь столкнула их лишь однажды.
В то время он только начал встречаться с Оливией, и его мало что другое интересовало. Но все же он не смог пройти мимо, услышав слабый крик о помощи.
Он как раз шел на свидание с Оливией. Девушка предложила прогулку в парке, и это показалось Тео удивительно милым. В начале отношений у него еще не было привычки заезжать за ней и отвозить куда бы то ни было. Поэтому он шел на встречу с ней пешком. И, проходя по мосту через реку, услышал смутно знакомый голос.
Кто-то звал на помощь, и Тео определенно был знаком с ним. Колебался он не долго. Оливия подождет, а Тео не будет сожалеть о не оказанной помощи.
Спустившись под мост, Тео обнаружил знакомую стипендиатку, отчаянно цепляющуюся за корень чудом проросшего сквозь гладкие плиты русла реки куста. Течение тянуло ее от берега, а выбраться по скользким плитам она была не способна.
Он подоспел вовремя — девушка уже выбилась из сил и держалась на одном упрямстве. Теодору не составило труда вытащить девчонку. Но на этом запас благородства у него закончился, и Тео поторопился на свидание с Оливией.
Робкую просьбу Кассандры проводить ее до дома он проигнорировал. И напрочь забыл этот эпизод.
Тео напряг память — дело было поздней весной, и Кассандра пропала из школы где-то на неделю. Простудилась, видимо, но до этого никому не было дела. Оливии он тогда ничего не рассказал… а похитив Кассандру, предпочел не вспоминать о том, что однажды спас ей жизнь.
Слишком был погружен в свои новые отношения.
А если бы в то время он еще не был влюблен в Оливию?
Почему-то ему легко было представить, как все сложилось бы, не торопись он на свидание. Тео проводил бы Кассандру домой, не сумев отмахнуться от просьбы промокшей и обессиленной девушки. И по дороге, разговорившись с ней, обнаружил бы не только самоуверенность и гордость, которые она демонстрировала Мартину, но и острый язычок, ум и чувство юмора, присущие этой девушке. Влюбился бы он в нее? Нет. Но определенно счел бы ее приятной собеседницей, и это могло бы вылиться в дружбу. Которая непременно закончилась бы запечатлением.