- Йорик! - с перекошенным лицом плохо изображенного ужаса воскликнул Гарри - Ты ли это? О, бедный Йорик!
- Кончай дурачиться и клади его в мешок.
Гарри распрямил ладонь и слегка её нагнул и череп покатился прямо в расправленную горловину мешка.
Не успел Гарри вновь спуститься, как откуда-то издалека раздался крик. Тим и Гарри оглянулись и увидели прыгающий луч света, что приближался к ним с западной стороны кладбища.
- Твою ж мать!... - выругался Гарри, повернув козырьком вперёд свою бейсболку. - Хорн!
Парень был прав, к ним спешил сторож кладбища Джонатан Хорн, освещая себе путь фонарём размером с автомобильную фару, при этом перебирая все ему известные неприличные слова в адрес ночных осквернителей могил.
Старик Хорн был невысоким человеком, но вполне коренастым, хотя старость и бесконечные запои, сделали из него жалкого и тщедушного человека. Когда он добежал до разрытой могилы, все трое уже были на поверхности, встав стеной в ряд.
- Что же вы делаете, дьявольские отродья!- завопил пьяным голосом Хорн. - Антихристы! Проклятые выродки!
- Попридержи язык, старик.- Перебил его брань Тим. - Мы не позволим себя оскорблять какому-то грязному алкашу.
- Ты как со мной разговариваешь, щенок! - возмутился ночной сторож, закрывая лиц ладонью от ярко бьющих фонарей вандалов. - Мать тебя не слышала. Знала бы она, какого ублюдка она выносила девять месяцев в себе, а потом ещё вдобавок и воспитала. Отпустите фонари, чтобы я мог видеть ваши лица!
- Ишь чего захотел! - вступил в брань и Гарри. - Если мы и отпустим фонари, то только для того чтобы отутюжить твою пьяную физиономию своими ногами.
- А я смотрю, вы смелые, ничего не скажешь: трое молодых против одного старика...
- А ты не взывай к нашей совести, - с легкой дрожью в голосе, готовый в любой момент перейти на фальцет, воскликнул Санни. - Всё равно бесполезно. Так что лучше убирайся обратно в свою конуру.
Лицо Хорна слегка изменилось. Рука, прикрывающая до этого глаза, опустилась, беззубый рот слегка приоткрылся, а губ коснулась улыбка.
- Я узнал тебя по голосу, парень. - После этих слов он зашёлся в кашле. Так вначале решили парни, но они ошиблись - старик смеялся. - Ты сын Питера Демпси - городского бухгалтера. Извини, мать не знаю. По-моему тебя зовут Санни. - Произнеся его имя, старик вновь засмеялся и в этот раз смех длился дольше. - Да, Санни. Теперь я вас легко вычислю. Осталось лишь оповестить шерифа, он с вами по-другому поговорит, уж поверьте. Посмотрим, как вы тогда запоёте. Ему вы наверняка не станете грубить. Он вас сделает кроткими как ягнят.
Всё ещё смеясь, старик повернулся к ним спиной, с явным намереньем вернутся в свою хибару, в которой он жил последние четыре года, после чего продал свой небольшой дом в самом центре города на снос, логично предположив, что лачуга на кладбище куда удобней, да ещё находится совсем близко от рабочего места. Тим, не знал, есть ли в "особняке" старика телефон, по которому он мог позвонить шерифу Уолтерсу, но был уверен, что не собирается стоять, сложа руки и ждать ответа. Вместо этого Тим шагнул за стариком, который все еще продолжал смеяться, схватил его за грязный ворот серого комбинезона и потянул на себя.
- Что...- в голосе Хорна послышались нотки возмущения, но пока что не испуга. - Отпусти меня, сучий потрох!
Тиму нужен был страх, а ещё лучше ужас и моление о пощаде. Старик же и не думал доставлять ему такого удовольствия. Тогда Тим решился на отчаянный шаг - он толкнул старика в костлявую грудь прямо в открытую пасть могилы.
Старик не успел даже вскрикнуть, так как произошедшее стало для него полной неожиданностью. Не только для старика, но и для товарищей Тима.
Спустя мгновение раздался треск сломанных досок, и над кладбищем воцарилась привычная, пусть и короткая, тишина.
- Ты убил его! - дребезжащим от страха голосом прокричал Санни. - Тим, ты убил старика!
Тим молчал, не зная, что ответить. Да и что можно было сказать в свою защиту? "Я не хотел"? Ну, раз не хотел, тогда и вины твоей здесь нет. Глупости - он мог предвидеть, что всё этим обернётся. А значит, и оправдываться было ни к чему.
Когда же послышался стон боли, а после появилась и испачканная в земле старческая рука на краю могилы, камень с души Тима мигом упал. Почти в унисон выдохнули и его друзья. Тим и сам только сейчас понял, что перестал дышать на все это короткое, но в то же время - бесконечно длинное, - время. На его лице появилась улыбка радости, облегчения и неприязни к мерзкому старику, чья смерть могла поставить конец на его дальнейшем светлом будущем.
- Этот старик живуч как мартовский кот!- смеясь, воскликнул Гарри. - И сам вылезает. Видать даже ничего себе не сломал.
Над поверхностью могилы появилось сосредоточенное лицо. Даже сейчас Хорн не испытывал страха, а только решительное желание поскорее покинуть вырытую парнями яму.