Сьюзен приоткрыла рот, после чего прижала пальцы ко лбу, словно о чем-то задумавшись. Тим молча, глядел на нее, не отводя взгляда, боясь порвать столь хрупкую нить, что протянулась между ними в эти секунды. Ее глаза, казалось, становились все темнее и глубже. Он даже начал тонуть в них.
И в этот момент, Сьюзен приблизилась к нему и поцеловала в левый уголок губ. Потом прямо в губы, более настойчиво. Тим сидел неподвижно и слегка озадаченно.
Внезапный порыв иссяк и Сьюзен вновь отстранилась от него.
- Прости, я...
- Тебе не стоит извиняться, - попытался успокоить он Сьюзен.
- Я чувствую себя дурой. Прости, Тим...
Она резко встала с его кровати и поспешила к выходу.
- Сьюзен постой! - позвал ее Тим, но Сьюзен выбежала из его номера, оставив открытой дверь. Девушка на фотографии, смотрящая вдаль, теперь казалось, глядела в ту дверь, вслед девушки, на которую она был так похоже...
Было два часа ночи, когда настенные часы в номере Мелл негромко пропели отрывок из сонаты Баха. Из какой именно, Мелл не знала, для нее это и не имело никакого значения. Она точно знала что это Бах, лишь потому что ее отец - Эдгар Лоренс Мерцер являлся любителем классики. Сама же она не смогла постичь прелести симфонической музыки.
Она лежала в постели, прикрывшись одеялом, оставив лишь открытой свою грудь и наблюдала за тем, как одевался Уолтер.
- Нам не надо было этого делать, - произнес он первые слова, с того времени как вошел два часа назад в ее номер, затягивая ремень.
- Теперь, уже поздно, дорогой мой, о чем-либо сожалеть, - коронный голосом маленькой девочки произнесла она. - Дело сделано и обе стороны остались довольными результатом.
Уолтер пропустил ее слова мимо ушей, он думал о том, что Сьюзен сейчас была всего лишь в десятке метров от них, в другом номере, отделяемая двумя стенами. Спит ли она сейчас или ждет его, чтобы заявить о разрыве их помолвки? Сам не зная почему, Уолтеру казалось, что Сьюзен уже все известно.
Мелл прикурила сигарету от зажигалки, заложив левую руку за голову и пустила белый клуб дыма в потолок.
- Зачем тебе уходить? На улице уже темно и в дом тебя уже никто не пустит. Кому ты теперь нужен кроме меня?
- Заткнись! - прорычал Кэмпбелл, хотя и не так сурово как бы хотел. - Твои шутки сейчас совсем некстати.
- Извините! - Негодование в голосе Мелл, заставило Уолтера обернуться в ее сторону. - Вот только не надо делать из меня
виновницу своих проблем. Я тебя не заставляла делать то, что ты сделал. Причем сделал не один раз. А ведь мог и остановится.
- Я был пьян, и ты этим воспользовалась.
- Не настолько ты был пьян, чтобы не осознавать своих действий. И кстати, стоит отметить - я не перестаю восхищаться твоими возможностями - даже получив удар между ног, ты не утратил своих талантов в постели. Я даже потеряла счет своим оргазмам. Вначале ты отомстил злодею, а после не упустил шанса заполучить трофей. Наверное из-за этого твоего качества, я так до сих пор и не смогла забыть тебя.
- Тебе давно было пора меня забыть! - перешел он в наступление. - Между нами уже ничего нет и не может быть.
- Пять минут назад между нами что-то было, - игриво напомнила она. - Нечто, что было трудно не ощутить.
- Считай это моим прощальным подарком. Это было в последний раз. Вскоре мы поженимся с Сьюзен и уедим из Бостона. Или даже из Массачусетса и на этом наши пути разойдутся навсегда.
- Думаю, твои мечты останутся мечтами, если Сьюзен узнает, с кем ты провел эту ночь. - Мелл вытянулась по-кошачьи и потушила сигарету в пепельнице, что стояла на ночном столике.
Уолтер быстро оказался рядом с ней и его крепкие пальцы сжали ее тонкую шею. Их глаза встретились. Его полные злобы и ее - неподдельного испуга.
- Ты ей ничего не расскажешь иначе... - он не договорил, но пальцы на ее шее сжались еще сильнее.
- Ты мне делаешь больно, - сдавлено произнесла она и испуг начал медленно переходить в страх. - Отпусти...
- Отпущу, как только пойму что мои слова дошли до твоей глупой головы, - процедил он сквозь зубы, также подумав о том, что на утро на шее Мелл наверняка появятся синяки. - И не считай меня пустословом. Стоит только Сьюзен усомниться во мне, ты знаешь, к кому я приду. И тогда больше ни одно вмешательство пластического хирурга не вернет твоему лицу прежнюю красоту.
На этом, Уолтер ослабил хватку, после чего развернулся и вышел из номера, сильно захлопнув дверь, оставив Мелл рыдать, больше от обиды чем от боли, в одиночестве.