Я села, протерла глаза и заорала:
- Кто это?
На моей постели восседало совершенно инфернальное существо, перед которым меркнут персонажи "Звездных войн", густо фиолетовое, мохнатое, жуткое...
- Снап, - тихо пояснил супруг. - Я сделал все, как ты велела, помыл его, потом вылил в воду пузырек чернил...
- Сколько? - подскочила я, не сводя глаз с невероятного животного, которое топталось по пододеяльнику, оставляя повсюду, словно штамп, темные пятна.
- Пузырек, - ответил муж.
- Весь?!
- Ну да!
- С ума сошел! Добавляют всего пару капель.
- Но ты же мне об этом не сказала!
Крик возмущения застрял у меня в горле. Действительно, откуда мужчине знать подобные тонкости.
Ванну я потом оттирала год. Снапун испортил нам все постельное белье, пледы и мебель. Линять он перестал этак месяцев через шесть. После каждой мойки его шерсть принимала другой оттенок и в конце концов стала розово-голубоватой. Люди на улицах замирали при виде Снапа. Одним словом, мы добились потрясающего эффекта, и даже поразили в самое сердце очень противного соседа, настоящего сноба, проживавшего на шестнадцатом этаже. Он был то ли дипломат, то ли сотрудник Внешторгбанка, короче говоря, принадлежал к элите, регулярно выезжавшей за границу. Если мы сталкивались с ним в лифте, он, не здороваясь, отворачивался к стене. Всем своим видом он давал понять: вы мне не ровня, странно, отчего живете в этом доме. Но у него имелась собачка, и однажды сердце ее владельца не выдержало, не успели мы с фиолетовым Снапом войти в лифт, как сосед сквозь зубы поинтересовался:
- И что же это за порода такая?
Пока я соображала, что ответить, Александр Иванович мгновенно выдал:
- Шотландский горный терьер.
Я закашлялась. Интересно, есть ли в Шотландии горы? А если все же они существуют, то что делать там маленьким, криволапым терьерам?
Но сосед принял сообщение за чистую монету и удивленно пробормотал:
- Первый раз встречаю такую породу.
Александр Иванович, сохраняя на лице самое серьезное выражение, ответил:
- А он один в Москве, мы не смогли в столице пару ему подыскать, придется в Великобританию на свадьбу лететь.
Меня душил хохот, но сосед после этой беседы зауважал нас чрезвычайно и начал любезно раскланиваться. Как обладателей элитной собачки, мы были им моментально причислены к кругу людей, достойных общения.
С рождением Маши перед нами встала глобальная проблема, где проводить лето. Ежу понятно, что оставлять ребенка в загазованной Москве нельзя. Аркашка и Димка отправлялись на море в пионерлагерь "Орленок", но Машка-то крохотная!
Дом в Переделкине уже отобрали, требовалось снять дачу.
Сначала я побегала по писательскому поселку, но вскоре поняла, что снять там дом на лето нам совершенно не по карману, следовало найти что-то, подъемное по цене. И оно нашлось в деревне Глебовка, расположенной в семидесяти километрах от Москвы.
Несмотря на относительную близость к столице, это был настоящий медвежий угол: ни газа, ни водопровода, ни канализации. Хозяева отдали нам крохотную пеналообразную комнатушку с двумя кроватями и не менее маленькую верандочку. Сами понимаете, что Александр Иванович мог приезжать только на субботу и воскресенье, я оказалась в деревне одна и поняла, что никогда не знала трудностей, во всяком случае, бытовых. Для начала возник вопрос: "Как привезти воду?" Ближайший колодец был у ворот, но оттуда вы доставали полведра песка, поэтому за водой ходили далеко в колодец на пригорке.
Хозяйка милостиво разрешила мне пользоваться огромной, пятидесятилитровой емкостью.
- Нальешь в бидон воды, - объяснила она, - поставишь его на тележку и толкай себе помаленьку.
Усвоив теоретическую часть, я отправилась к колодцу и тут же поняла, что практика очень часто расходится с научными знаниями. Впрочем, первую часть операции я выполнила без проблем, примерно через час, наполнив алюминиевый бидон, поддела его крюком, поставила на колеса и, толкая тележку за длинную ручку, еле-еле добралась до того места, где начинался спуск с пригорка.
Тяжелую повозку поволокло вниз, я полетела за бидоном, словно былинка. Разогнавшись, "водовозка" сломала плетень, пронеслась по грядкам и врезалась в дом. Я вломилась в стену и вся покрылась синяками.
Хозяйка, тихо матюгаясь, починила забор и восстановила порушенную плантацию.
Через пару дней я, учтя печальный опыт, решила не толкать тележку, а тащить ее за собой. На верху пригорка ручка поддала мне под зад, и я въехала в стену дома верхом на баклажке. Теперь синей стала еще и спина.
Хозяйка, увидав снова поваленную изгородь, обозлилась и отобрала у меня "водовозку" со словами: "Экая ты безрукая."
Пришлось носить воду в ведрах, что тоже у меня получалось плохо, руки выламывались из плечей, а поясница немела.
