Помню, как обалдел один москвич из числа проверяющих, когда подсчитал, сколько раз я лично проверял работу нарядов спецучреждений в месяц, причём главным образом в ночные и утренние часы. Никогда ни в одном регионе он такого не видел, а это был его любимый конёк. Именно по этому показателю (частоте проверок спецучреждений) горели все без исключения руководители отделов и управлений охраны общественного порядка, так как они там практически не появлялись. Именно этот показатель играл важную роль для положительной или отрицательной оценки проверяемого руководителя. А с другой стороны, разве нормально для руководителя, как я, если не ежедневно, то через день обязательно проверять наряды КПЗ (переименованные позднее в ИВС — изолятор временного содержания), спецприёмник, приёмник-распределитель, патрульно-постовые наряды и т. п. Нет, конечно. И хотя я не упускал из вида и другие направления работы отдела, я упустил, может быть, главное лично для себя — свой карьерный рост. Пустил этот вопрос на самотёк, думая, что начальство «заметит и выдвинет». А начальство выдвигало других, и не всегда за деловые качества. Например, одного за то, что хороший охотник (начальнику УВД нужен был такой напарник для охоты); другой был своим человеком в Нарьян-Маре (сёмга, олени, меха и т. п. — всё, что нужно самому начальнику УВД и для подношений в Министерстве). Именно такие и им подобные факторы были определяющими для назначений на должности.
Не могу не сказать и о другой причине моего застоя — это излишнее доверие начальникам УВД, среди которых в этом плане особо следует отметить Н. В. Панарина, приехавшего из Тулы. Несколько раз дело доходило до конкретных предложений с его стороны, в том числе была предложена должность начальника следственного отдела или уже управления УВД области. Он получал от меня каждый раз согласие, а через несколько дней на предлагаемую мне должность назначалось другое лицо. Видимо, на свои предложения Панарин ждал от меня каких-то определённых действий, может быть, материальной благодарности за должность, о чём до меня потом доходили слухи, но мне это и в голову не приходило. А если бы и пришло, то у меня на это просто не было денег. Размер полковничьей зарплаты в Советском Союзе — не для взяток, слава Богу. Порой не хватало на самое необходимое для семьи. Да и воспитание, и принципы у меня другие.
Уж не знаю, за какие доблести был назначен заместителем начальника УВД (вместо Витязева, курировавшего мою службу) начальник одного из отделов УВД, не имеющий никакого понятия о многих направлениях деятельности службы общественного порядка. Знаю только, что до назначения именно он не без ведома руководства, а скорее, по инициативе начальника УВД пригнал в Архангельск трейлер, да, кажется, не один, с закупленной оптом видеотехникой, весьма в то время дефицитной, которую распродали втихаря отнюдь не по оптовой цене. В чьих-то карманах эти деньги осели. Да и в отношении его же было возбуждено и расследовалось уголовное дело по другим эпизодам.
Мне не пришлось работать под его руководством, так как я предпочёл сразу же после его назначения на должность уйти из органов и трудиться на освобождённой основе как депутат областного Совета народных депутатов. Это было в самом конце 1992 года. А толчком послужил наш первый с ним разговор как с куратором службы ООП. Он угрожающе требовательным голосом потребовал от меня объяснения, почему в области очень плохо ведётся борьба с бродяжничеством и тунеядством и очень мало привлечено к уголовной ответственности за это. Я сначала опешил, а потом, вспомнив, с кем имею дело, постарался спокойно и кратко объяснить ему, что и то, и другое давно в стране не считается правонарушениями, а тем более преступлениями. Он густо покраснел, и это был последний наш служебный разговор. Я ушёл сочинять рапорт об уходе с должности.
Но надо сказать, что ещё до этого, то есть за пару лет до ухода на депутатскую работу (точнее, летом 1989 года), когда в системе МВД была образована самостоятельная структура, которая предназначалась для осуществления индивидуальной и общей профилактики правонарушений, на местах, в областях и республиках, соответственно создали отделы и управления профилактики, и у нас в области создали такое управление.
Но создание профилактических подразделений на деле свелось к объединению в одной структуре подразделений охраны общественного порядка со службой участковых инспекторов милиции, инспекциями по делам несовершеннолетних и подразделений по руководству спецкомендатурами с их оперативными работниками и, соответственно, агентурой.