С печки медленно сполз на пол угрюмый, заросший щетиной человек:
– Не удалось…
Рядом со мной уже стоял с винтовкой наперевес милиционер.
Хозяин подошёл к столу, уселся на лавку.
– Руки на стол! – приказал милиционер.
– Это можно, – беглец послушно выполнил приказание. – Эх, не ждал я вас в такую рань. Думал, пока в казённом доме спохватятся, успею смотаться.
И, притворно вздохнув, с насмешкой пообещал:
– Ничего, начальничек, не устережёшь. Я как тот колобок: раз ушёл, уйду и другой. Не устереже-ете…
Зная повадки бандитов и грабителей, способных на крайние меры, лишь бы уйти от наказания, я поневоле задумался: как же везти его через весь город, днём, да ещё мимо рынка, где вечно полно народу? Править лошадью придётся или мне, или милиционеру. Спрыгнет с саней, нырнёт в толпу и – пропал… Не будешь же стрелять на многолюдной улице.
– Может, связать? – нерешительно предложил милиционер. – Вон ведь какой бугай, силища какая, разве удержишь?
Но и связывать не годилось: повезёшь на глазах у всего города связанного по рукам и ногам человека, потом пересудов и разговоров не оберёшься. И без того всякая дрянь распускает о чекистах несуразные сплетни.
– Вот что, – сказал я беглецу, – вы пока одевайтесь. Да потеплее: зима. А сбежите ли, нет ли, будет видно.
– Можешь не сомневаться, сбегу, – охотно пообещал преступник и принялся натягивать тёплые брюки и ватную телогрейку.
А я продолжал раздумывать, что же делать с ним, как довезти до ЧК. И вдруг осенило:
– Знаете что? Полезайте-ка в сундук!
– Как в сундук?
– Очень просто: лезьте, ложитесь на дно, а мы вас сверху крышкой прикроем. Щели большие, не задохнётесь. Вам удобно, а нам и вовсе спокойно. Полезайте!
Думал, беглец заартачится, а он согласился. И присмиревшая жена его не стала возражать: нашли, теперь ничего не поделаешь. Так вместе с понятыми и погрузили мы «живой товар» на сани, и лошадёнка неторопливо потрусила по городским улицам домой.
Шутками, смехом, весёлым хохотом встретили наше возвращение чекисты. Тут же и окрестили злополучный сундук «арестантской каретой имени Смирнова». И чтобы избавиться от насмешек, мне пришлось отвезти его назад в слободу и вернуть хозяйке.
А беглец прямо из ЧК был водворён под конвоем в свою прежнюю камеру, в тюрьму.
Не всегда, конечно, аресты грабителей и налётчиков проходили так легко. Много хлопот и трудов доставляли чекистам бандитские шайки, орудовавшие в окрестностях города. Нередко ликвидировать их приходилось с боем.
Одна из таких шаек орудовала между Липецком и железнодорожной станцией Грязи. Действовали бандиты дерзко и нагло, среди бела дня налетали на товарные поезда с хлебом и сахаром, обувью и мануфактурой. Остановив состав, они подчистую выгребали из вагонов все самое ценное и исчезали так же внезапно, как появлялись. Исчезнут, словно сквозь землю провалятся – следа не найти!
Было над чем поломать голову чекистам.
Сотни различных догадок не давали покоя аппарату ЧК. Где, например, базируются налётчики, куда скрываются с награбленным добром? Много ли их и местная ли это шайка? Как и откуда узнают, с какими грузами отправляется со станции поезд? Кто, наконец, помогает им, наводит грабителей точно на вагоны с наиболее ценным добром?
Не сразу удалось выяснить, что в скопищах люда, который вечно толпится на станции Грязи, дежурят члены банды, выполняющие функции разведчиков.
Не знали первое время мы и то, что наводчиками бандитов являются некоторые станционные служащие, польстившиеся на денежную мзду.
Подготовив эшелон к отправке, они передавали своим сообщникам, в каких вагонах какой груз находится, и тем оставалось вскочить на тормозные площадки и взобраться на крыши отходящего поезда, чтобы все остальное завершить в пути.
В нескольких километрах от станции начинался подъем, где поездам поневоле приходилось двигаться медленнее. Здесь-то бандиты и вскрывали вагоны, на ходу выбрасывали из них ящики и мешки с заранее облюбованными грузами. А после этого оставалось только спрыгнуть на полотно, присоединиться к подоспевшей на подводах банде и вместе со всеми быстрее собрать и увезти богатую добычу.
Увезти, но куда?
Ведь не ящик-другой, а десятки пудов грузов исчезали бесследно при каждом налёте. Не могли же они провалиться сквозь землю!
И след нашёлся: оказалось, что большая часть награбленного оседала в селе Таволожанка, расположенном неподалёку от Грязинского железнодорожного узла, а оттуда незаметно и скрытно расползалась по дальним и ближним деревням и сёлам. Но схватить бандитов с поличным, на месте преступления, или обнаружить у них награбленное никак не удавалось, хотя железнодорожная милиция не раз пыталась сделать это.
Стоило добыче попасть в село, как она мгновенно растекалась по избам, закромам, клетям и тайникам. А сами бандиты так же мгновенно превращались в обыкновенных мирных крестьян, ни малейшего понятия не имеющих ни о каких налётах и грабежах…
