Потеряв две трети своих солдат, командиры упорно вели свои потрёпанные когорты на нас. Наши воины стояли, как молодой лесок, возле дремучего леса. До момента встречи пик оставались считанные метры. Французские офицеры прошли через какую-то полосу желтоватого оттенка и были почти в тридцати шагах от нашей первой шеренги, но тут на эту полосу вступили пехотинцы. И тут же земля, как бы разверзлась под ногами врага. Первые шеренги французских пикейщиков рухнули вниз. Даже здесь, на холме мы услышали крики боли и страданий. Задние ряды, идущие плотно сзади, сталкивали впереди идущих туда же. Строи когорт смешались. Многим, чтобы выбраться, пришлось бросить свои длинные пики, и выкарабкиваться наверх. Капитаны и прапора кричали на солдат, подгоняя их на нашу территорию. Когда с этой стороны небольшого, почти двухметрового рва, набралось человек по пятьдесят, вперёд наших строёв выбежали мушкетёры. Быстро, но без суеты, они установили свои сошки. Прицел. Залп. И наивно полагавшие о своём спасении вне рва, французы рухнули обратно туда же, почти до верха заполняя ров. Оставшиеся в живых командиры гнали своих подчинённых вперёд. Французы неуклюже, теряя пики, начали вновь преодолевать препятствие. Первые ряды попытались выстроиться в шеренгу. И опять, выдержав паузу, теперь наши пикейщики устремились в атаку, своей массой забивая врага, как скотину на бойне. Пока наше сражение больше напоминало турнир на шпагах – выпад, укол, шаг назад. Если бы это не было войной. На подходе была вторая волна когорт. Недобитые пикейщики первой линии бросились под защиту изрядно потрёпанных, но не разбитых когорт. И вот, наконец-то, пики приняли горизонтальное положение, и началось взаимное уничтожение людей в угоду королям, лордам и тем, кому всего и всегда мало. За спинами наших воинов каруселью крутились гусары, расстреливая сверху плотную массу французов. При таком скоплении народа промахнуться было невозможно. По бокам каре фузилёры отстреливали солдат задних рядов и стрелков противника. Я с приятным удивлением заметил коннетаблю, что по скорострельности наши солдаты мало уступают французам. Хотя в центре, на левом фланге одной нашей терции у французских стрелков было явно видимое преимущество – они выбыли там почти всех наших мушкетёров. Коннетабль также это заметил и подозвал к себе вестового.
– Сэр, передайте, чтобы в батальон сэра Ульриха послали десять мушкетёров.
Чуть позже я увидел, как десять стрелков залезли вторыми номерами на лошадей гусаров, и так, за их спинами поскакали в сторону передовой. Не доезжая шагов десять, они спешились и побежали как раз туда, куда и надо было.
– Барон, вы что, всех офицеров армии знаете по фамилиям?
– Сир, вы здесь человек новый. Извините. Но у нас достаточно маленький остров, и когда из года в год встречаешь одних и тех людей, невольно запоминаешь.
– По крайней мере, в бою это вам помогает.
– И не только мне, сир. Вестовой! Дайте отмашку усилить пикейщиков.
Вестовой офицер, достав из-за спины красные флажки, что-то отсемафорил.
– Барон, вы меня опять удивили. Что это?
– Сир, то, что здесь происходит, многое мною заимствовано из книг, в том числе и древних трактатов. В частности, такую систему передачи сигналов использовали китайцы ещё двести лет назад. Это сигнал обозначал – повторить.
И действительно, по всей длине фронта от основной массы войска отсоединилось четыре шеренги пикейщиков, и присоединились к кричащей и стонущей от боли толпе сражающихся.
– Барон, я не понял, что это за женщины? Что они делают на поле боя?
– Сир, это сёстры милосердия. Они вместе с крестьянами находят раненых и относят их в госпиталь.
– Госпиталь? А у нас есть госпиталь?
– Конечно. Простите, сир, да. Да нашим холмом оборудовано место, куда сносят раненых и где им оказывают медицинскую помощь.
– Барон, я вами восхищаюсь. Как это я сам – бравый и старый вояка об этом совсем забыл. Барон, когда мы победим, напомните мне, чтобы я поблагодарил того человека, который направил вас ко мне коннетаблем.
– Спасибо, сир.
– Пока не за что. Пока благодарности заслуживаете только вы. Вы, не имея реального боевого опыта, так хорошо всё продумали и организовали. Вы действительно стратег и полководец. Я отойду на ту сторону, посмотрю на госпиталь.
