— Занимательная история, в лучших традициях жанра, — заворожено сказал я.
— Откуда ты знаешь?
— Предполагаю.
— Обыкновенная легенда, написанная для энциклопедии.
— Есть там еще что-нибудь о нем?
— Боюсь, остальные части легенды — это всего лишь рассказы отдельных личностей, которые отправлялись на его поиски, чтобы попытаться убить, но не смогли его найти.
— Зато, кажется, мы его нашли!
— Или он нас…
— Или…
— Остается шанс, что мы его больше не увидим… Как в легенде говорится? Он не появлялся месяцами, а после битвы с магами и вовсе исчез на много десятков тысяч лет, — с надежды, граничащей с отчаянием, проговорила Маэль. Она о чем-то задумалась.
Внутри было такое ощущение, что все произошедшее было не более, чем сном, чем-то нереальным, зыбким, как утренняя дымка… таким легким, воздушным полузабытом прошлом. Эта встреча вспоминалась, словно мираж, которого не следует бояться. Да и самого страха уже не было.
— Ты работаешь над тем, чтобы научиться телепатии? — Спросила она совершенно не в такт предыдущего разговора. — При этой стычке нам бы пригодилась двусторонняя связь, потому что я долго не могла найти тебя после того, как оправилась от падения, на секунду я даже подумала, что тебя съел монстр.
— Я не знаю, с чего начать, как мне избавиться от страхов, если я о них не помню.
Тут я вспомнил панику в сфере воспоминаний, как темнота пугала до трясущихся поджилок:
— Кажется, я боялся темноты, там, в сфере воспоминаний, но тогда я, поборол этот страх, и смог взять себя в руки.
Маэль что-то шепнула и тут же свет погас.
— Ну что?
— Это не то… Меня пугало не отсутствие света, а… присутствие там Нечто, чьим домом и была темнота, — сказал я.
Маэль обратно включила свет. Ее взгляд устремился на меня, она несколько секунд молчала.
— Ты по-прежнему не воспринимаешь мои мысли, есть что-то еще, что блокирует твое подсознание, — ответила она, — хотя, по идее, после потери памяти не должно быть ничего такого. В этом смысле тебе повезло: вернуться в детство выпадет не каждому взрослому.
— Не передаваемые ощущения полного незнания о мире и полная зависимость от взрослых, ты об этом детстве говоришь? — Не разделил я ее восторга.
— Вообще-то, о чистом листе в твоей голове, незамутненном ни комплексами, ни страхами, ни стереотипами, ни чужими идеями, которые могли вбить тебе в голову.
— Твоя версия звучит куда лучше. Я не знаю, почему не могу воспринимать телепатию, но, надеюсь, со временем это прояснится.
— Ладно, хотелось бы быстрее, конечно.
— Буду стараться.
— А это ты меня-то взрослой назвал?
— Не так уж много у меня знакомых или… друзей… Тетя Маэль.
Эльфийка сначала нахмурилась, а потом расхохоталась. Ее улыбка очень заразная и, как всегда, передалась и мне.
— Кстати, в легенде говорилось, что маги телепортировались по миру, почему же мы так не можем? — Спросил я.
— Секреты этой магии были утеряны во времени. Не исключено, что маги из легенды были последними, кто ею владел, — ответила она.
— Как же так получилось, что вместо накопления знаний, они были утеряны, практически, все?
— Когда планета замедлилась настолько, что солнце стало висеть неподвижно на небосклоне, начались катаклизмы: пожары, пересыхание рек, много Разумных умерло, в буквальном смысле сгорело заживо. В эти времена архивы или сгорели, или были разграблены мародерами и охотниками за секретами. Это было тяжелое время, поэтому сохранить удалось лишь жалкие крупицы былой мощи колдунов. Когда я думаю о том, сколько было утеряно всего в эти времена, мне становится жутко.
— Как теперь спасли от жары эту половину мира?
— Во время кризиса собрались умнейшие представители Разумных и придумали способ, как оградиться от пагубного воздействия солнца: они возвели огромные башни на нашем полушарии, всего восемнадцать штук, где поместили заколдованные предметы. Эти предметы выбрасывают в воздух некую субстанцию, которая соединяется с субстанцией, выброшенной из других башен. Таким образом, вокруг нашего полушария образован защитный купол, который излишнее тепло и излучение отражает обратно в космос. Эти башни были всегда неприкосновенны, практически священны, никто не селится возле них, никогда не велись войны вблизи них. За башнями присматривают смотрители — одаренные маги, которые должны обеспечивать беспрерывность работы, — поведала Маэль. Это похоже на то, что мне говорил Бэзаф.
— Возможно на темной половине мира решили проблему с холодом схожим образом.
— Маловероятно, линию терминатора никто не смог пересечь.
Не хотелось думать о плохом, для меня это все еще единственная надежда вспомнить прошлое.
— Станем теми, кому удастся! Пойдем же дальше в путь.
— Сомневаюсь, что мы те самые счастливчики, которым удастся убить Ферона, скорее наоборот. Чудо, что мы выжили после первой встречи.
— Так ведь мы уберемся отсюда, его наверняка там больше нет.
— Хорошо, давай попробуем выйти. — Согласилась она.
