При этом половина соседей их боится и на полном серьёзе спрашивает, крепка ли привязь и не сорвутся ли эти «мастифы» с поводка. Чудеса! То ли обычная, неизвестно на чём основанная фобия, то ли стандартная ближневосточная подозрительность к собакам. Во всём этом огромном регионе, от Северной Африки до границ Индии, их традиционно держали исключительно в качестве пастушеских и сторожевых (волкодавы, типа кангалов, гампров, коянов, акбашей, аксарай малаклиси или анатолийских овчарок), либо охотничьих (борзые разных типов: горские, крымские, хивинские, афганские, тазы, азаваки, салуки, бакхмули, слюги, тайганы) собак. Декоративные местные породы собак истории неизвестны, в отличие от котов и кошек, которых на Ближнем Востоке любили и баловали всегда.
Интересно, за кого турки принимают наших героев, которые по размеру сильно меньше местных котов (те их как раз не трогают, поскольку тоже не в состоянии понять, что это за животные) и в чём-то на них похожи, хотя котами явно не являются и обладают такими явными признаками собачьей породы, как виляние хвостом и лай (у младшего пока скорее писк), а также некоторое подобие воя. Не то чтобы волчьего, на луну, но когда эти псы впервые встретились, немедленно сразились за доминирование и их рассадили по разным комнатам, младший что-то в этом роде пытался издавать. Может, те, кто их боится, считают эти необыкновенные для Турции существа духами или оборотнями?! Интересно, нет ли в японском фольклоре духов, предпочитающих перевоплощаться в хинов? Оборотни-лисы и енотовидные собаки – тануки, там есть…
Занесло по случаю в район Панорамы Бородинской битвы, рядом с замыкавшим на протяжении долгого периода времени Кутузовский проспект домом, где прошло всё детство и юность… На Панораме гулял в детстве с дедушкой или с родителями, там же после школы покупал вкуснейшие жареные в масле пончики с сахарной пудрой в маленьком зелёном деревянном киоске с чудо-аппаратом из блестящей стали, куда на глазах заползали колечки из сырого теста, подрумянивались, надеваясь на крючки, и сваливались в большой поддон, откуда их, ещё горячие, раскладывали по быстро промасливавшимся бумажным пакетам, которые быстро разбирались прохожими. Килограмм стоил 84 копейки, а четыре пончика – стандартный перекус в фунтике из той же бумаги – 16… Роскошные были пончики, особенно зимой, когда они, пока их ел, успевали согреть замёрзшие пальцы…
Рядом был и до сих пор остался завод имени Хруничева. На Кутузовский выходило двухэтажное здание его столовой, на первом этаже которой была роскошная «Кулинария», где можно было закупиться полуфабрикатами. Какие там были ромштексы! Да и всё прочее не хуже. Теперь вместо неё Сбербанк. На втором этаже была столовая завода, где кормили его сотрудников – теперь там популярный ресторан «Атлантика сифуд» – один из лучших в городе по части морской рыбы и морепродуктов. Кто бы это 60 лет назад мог предсказать! Ну, Кутузовский проспект за эти годы сильно изменился, да и вся Москва поменялась, хотя Триумфальная арка по-прежнему стоит на своём месте, куда её поставили в середине 60-х, да и Панорама, деревянная «изба в Филях» и памятники – героям войны 1812 года и стела над братской могилой погибших под Бородино, тоже стоят там, где стояли.
Автоматов по продаже газированной воды, с сиропом по три копейки и без сиропа по одной, с гранёными стаканами, которые там же и мылись дочиста под напором, на Панораме давно нет, как нет тележек с двумя высокими стеклянными сифонами, один с сиропом, другой с газировкой, которую продавали строгие тётки, ещё до того как заменившие их автоматы там появились. Зато на своём месте, на каменном пандусе, идущем вокруг Панорамы, лежат рядком трофейные пушки двухсотлетней давности – немецкие, французские, австрийские, итальянские, с коронами, вензелями, гербами и буквой «N», которые в 90-х сняли и куда-то спрятали, чтобы их на цветмет не своровали. Только их теперь намертво к каменной кладке прихватили металлическими хомутами на здоровенных болтах, для верности. Такая ностальгия пробирает, когда их тёплые стволы гладишь, вспоминая детство…
У высокой каменной стелы, стоящей на братской могиле 300 воинов-защитников Москвы, когда-то, году в 1964–1965-м, спрятал, играя, в траве и потерял самого любимого пластмассового игрушечного солдатика. Все были зелёные, а он один в форме оливкового цвета, за что был назначен главным. До сих пор его жалко… Рядом был неприметный жёлтый кирпичный домик дореволюционной постройки за всегда наглухо запертым забором, вокруг которого на деревьях листья вечно были жёлтые, даже летом. То ли там с ядовитым ракетным топливом работали, то ли с чем-то радиоактивным… Теперь на нём купол с крестом, он красиво покрашен снаружи, а внутри – иконы, фрески и прочая церковная атрибутика, свечи горят… Часовня Архистратига Михаила – была до революции и опять вернулась в первозданное состояние.
