Поезд «паломников», набитый колбасой, водкой, тушёнкой и всем тем, что по нашему разумению обязательно должно пригодиться голодающей Польше, и с запершейся в своём купе проводницей, отстукивая колёсами, уносил нас в Брест. Не буду вдаваться в подробности, но уснуть не удалось никому, а русская проводница, снявшая баррикаду со своего купе на вокзале в Бресте, беспрестанно повторяла «Матка Боска», оглядывая вагон. Так я второй раз в своей жизни оказался в Польше.
Неделя пролетела как птичка. Отдаваясь в плен Морфею только ночью в поездах, колеся по всей Польше, мы, с пустыми рюкзаками, прибыли наконец-то в город Ченстохово. Под палаточный городок был отведён стадион на окраине города, и мы, перешагивая через многочисленные рюкзаки и верёвки установленных палаток, спустя час нашли наше место, благоразумно занятое теми из нас, на ком не лежал груз тушёнки и фасоли. Флаги со всего мира, гитарные аккорды и девичий смех создавали неповторимость атмосферы, в которую мы и окунулись с головой, вывесив на своей палатке красный флаг с серпом и молотом.
Доллары жгли карманы, и мы отправились в пивную, расположенную неподалёку. Поляки с огромными пивными животами (такие у наших появились значительно позже) заполняли оба зала и стояли на улице, стараясь незаметно сплёвывать в нашу сторону. Через полчаса мы сидели одни, наслаждаясь свежим пивом, а обладатели животов стояли на улице, куря и сдувая пену со своих кружек.
Ионна Павла II я так и не увидел, поскольку было так много людей, что разглядеть его не представилось возможным. И, боясь попасть под окончательное влияние ячменного напитка, отправился домой.
С «Ермаком» за плечами, который был набит газировкой, парфюмерными наборами (самый большой для мамули) и ещё какой-то ерундой, я ступил на любимую московскую землю 19 августа 1991 года…
Так, уехав из одной страны, я вернулся в другую…
Давно это было…
Не сказать, что я всю жизнь, до момента поступления в институт, мечтал стать кибернетиком. Наоборот, моя мечта была строить самолёты и на них летать. Но потом что-то пошло не так и мечта так и осталось мечтой, хотя я до сих пор строю самолёты из пластмассы, но не летаю на них, а ставлю под стекло на полку.
И тогда, когда что-то пошло не так, я стал студентом Московского института управления. В то время две специальности «котировались» в нашем институте – международные экономические отношения и экономическая кибернетика. Язык я знал значительно лучше персонажей из известного фильма, но вовсе недостаточно для международника. Поэтому путь мой лежал на второй этаж Лабораторного корпуса, где я попал в распростёртые объятия мастодонтов отечественной кибернетики во главе с доктором наук, профессором Василием Ивановичем Дудориным.
О студенчестве можно рассказывать долго. А я, хоть фактически и не работал ни дня тем, на кого учился, с гордостью несу все эти годы почётное звание кибернетика!
Давно это было…
15 февраля 1988 года завершился вывод советских войск из Афганистана. Закончилась долгая война.
За два года до этого, получая приписное удостоверение в военкомате, я написал заявление, в котором просил, если представится возможность, призыва туда…
А еще через два года, после сданной первой сессии, перенесённой на конец января из-за непосильных колхозных работ по уборке морковки на полях Подмосковья, сидели мы в маленьком номере подмосковного же дома отдыха с двумя моими друзьями-одногруппниками и пили водку. И за то, что не попали туда, и не чокаясь, поминая, и за второй год без войны.
И только спустя годы я, далёкий от веры в совпадения, понял, что дата эта была выбрана неслучайно. В один из главных православных праздников. Праздник Сретения Господня.
Тогда, в феврале 1988 года вся большая многонациональная страна встречала не победивших и не побежденных. Выживших…
Давно это было…
– Мама, я буду завтра, – частенько слышала моя мама в телефонной трубке. – Мы готовимся к семинару по вышке.
Зайдя туда, можно было «пропасть» на несколько дней, купаясь в дружбе и любви, познаниях и алкоголе. Нас, москвичей, в большинстве своём домашних мальчиков и девочек, магнитом тянуло туда, где мы теряли голову, пространство, время…
Это завораживающее и трепетное слово – общага.
Давно это было…
Много-много лет назад, в те времена, когда проезд в Московском метро стоил 5 копеек, а я учился в славном Московском институте управления, и наша дача только строилась, произошла со мной такая история.
Времена были не очень простые (а когда было легко?). Родителям удалось купить краску для покраски дома на даче. Восемь трёхлитровых железных банок. Мне было поручено привезти её на дачу. Всё бы ничего, но в те выходные, когда краска должна была быть доставлена на дачу, мой друг отмечал свой день рождения. Жил он тогда в городе Раменское…