Станковый рюкзак «Ермак», повидавший красоты Подмосковья, Крыма и Кавказа был забит банками с краской. Старая электричка, набитая дачниками, кое-как приняла меня с краской в свои недра и выплюнула на станции Раменское, свистнула на прощание и умчалась дальше.
Не буду рассказывать, как прошёл день рождения, скажу лишь, что так, как проходят дни рождения, когда вам плюс-минус двадцать лет.
Всё было чудесно, но доставка краски не отпускала меня ни на минуту. Ехать мне нужно было до станции Солнечногорск, электрички отправлялись от Ленинградского вокзала, потом пересаживаться на автобус и трястись час по второстепенным дорогам Подмосковья. Я всё рассчитал. И, не сомкнув глаз, стал первым пассажиром первой, отправляющейся от станции Раменское, электрички. Прибыв на Казанский вокзал, я бегом, насколько можно было бежать с краской за спиной, пересёк площадь и, купив билет, заскочил в закрывающиеся двери электрички, которая увозила меня и краску на дачу.
Мой «подвиг» не был оценён, и дом красили уже на следующий год другой краской. Но помню всё это как вчера.
Давно это было…
На заре разудалой и бесшабашной юности мы с друзьями кочевали из одного московского заведения общественного питания в другое, ища себе постоянное пристанище как в известном заокеанском молодёжном сериале. Мобильных телефонов тогда ещё и в помине не было, но у некоторых из нас были пейджеры, куда можно было отправить сообщение, дозвонившись до оператора, крутя диск стационарного телефона. Мы разбивались на группы, стараясь быть в поле зрения обладателя пейджера, чтобы, получив сообщение, стремглав мчаться на встречу с любимыми друзьями.
И вот однажды мы присмотрели для себя небольшое кафе, которое организовали в одной из частей магазина «Рыба» на улице Герцена, аккурат напротив улицы Огарёва. Уж не знаю, чем оно нас привлекло. Может быть тем, что там сквозь пальцы смотрели на любимый нами тогда красный Крымский портвейн, разливаемый нами под столом. Может быть потому, что туда можно было без труда добраться. А может быть и потому, что там было совершенно спокойно, ведь мы находились «под присмотром» сотрудников силового ведомства, работавших по известному на всю страну адресу – Огарёва, 6, которые частенько заглядывали туда перекусить и испить растворимого кофе.
Помимо нас, завсегдатаев этой забегаловки, там бывали и художники. Они каждый раз были новые, но неизменно с бородами, в которых сохла краска, используемая для написания очередного шедевра, с запахом трёхсуточного алкоголя и видом непроходящей гениальности в глазах. Мы с ними знакомились, наслаждаясь разговорами о живописи и музыке под прекрасный красный Крымский. Со временем мы выяснили, что все они – друзья и коллеги художника, мастерская которого находилась в этом же доме на последнем этаже. Было бы неправдой сказать, что нам не хотелось там побывать, но без приглашения это мы себе позволить не могли. И вот однажды, о счастье, хозяин мастерской посетил нас, спустившись из своей чердачной светёлки. Шумный и бородатый, тёплый и не расчёсанный, он представился – художник. Так мы его все и звали. Дружили мы долго, крепко и беззаветно – неделю или полторы. Венцом нашей дружбы у меня осталась одна его замечательная работа, тепло мною вспоминаемого московского художника.
Давно это было…
Годы пролетают неумолимо, сменяя друг друга. Память же оставляет самое яркое. Всё что происходило впервые, навсегда останется в памяти.
Случилось и нам, с моим дорогим другом, заработать свои первые деньги, выплаченные нам в твёрдой валюте зелёного цвета. По тем далёким временам сумма составляла целое состояние. Не думая ни минуты, мы разделили заработанное на три части. Каждый из нас забрал треть, а оставшуюся треть мы решили прогулять. Деньги приятно шуршали в карманах, и мы стали выбирать куда пойти. Выбор пал на известное тогда заведение «Спорт-бар» что на Калининском. Время было обеденное, и скучающий бармен, завидев нас, несказанно обрадовался.
– С чего начнём, ребята?
Мы переглянулись. Поскольку мы не были искушены знаниями заморских коктейлей и до сего дня употребляли ассортимент московских магазинов, пожали плечами.
– Давай по нарастанию градусов, – не сговариваясь, ответили мы.
– Тогда вот вам книжка, выбирайте и заказывайте. Всё сделаю в лучшем виде.
Так мы начали свой «поход» по барменской книжке, повышая градус и обсуждая ощущения. Разговор наш становился всё веселее и развязнее, пошли в ход рассказы о победах на личном фронте, о злобных преподавателях, о любимых футбольных командах. И тут мы заметили, что за нами с интересом наблюдает ещё один посетитель заведения, каким-то непонятным образом оказавшийся за стойкой бара. Время от времени он поднимал свою кружку пива, как бы чокаясь с нами и желая нам доброго здоровья.
Так пролетели часа три, а может и больше. За окном начало смеркаться, а мы плавно подошли к кульминации импровизированной дегустации.