Они въезжают в город и поворачивают в район для богатых. В конце улицы, словно старый английский пансион, на вершине холма расположилась школа. Каменные стены обвиты плющом, а на вершине здания башня с часами. Два круглолицых человека сопровождают Триппа на встречу в стиле «познакомимся с вами поближе», в то время как его мама направляется в другой кабинет побеседовать с финансовым консультантом.
Когда он заходит, интервьюер ему улыбается, Трипп улыбается, его мама улыбается, секретарь, попрощавшись, тоже улыбается.
– Я избегал сарказма, добавил парочку слов в словарный запас, и сохранял серьезное выражение лица, хоть они и выглядели как Труляля и Траляля, – говорит он, пока они спускаются по ступенькам к парковке. – Итак... теперь могу я получить свою гитару?
Его мама дожидается, пока они пройдут мимо двух женщин, беседующих у красного кабриолета. Затем ее улыбка исчезает, а лицо мрачнеет.
– Отвечу, когда сядем в машину.
Внутри у него все обрывается. Она садится в машину и хлопает дверцей, а он стоит и думает о том, насколько долгой будет поездка до дома. Она протягивает руку и открывает дверь. Стоит ему сесть, как она взрывается.
– Поверить не могу, что ты лгал мне. – Левой рукой она сжимает руль, заводит машину и переключает передачу. Когда она оборачивается посмотреть, безопасно ли трогаться, взглядом пригвождает его. – Если тебя примут в Креншоу, ты перейдешь. И точка. Если здесь тебе удастся подтянуть оценки, летом сможешь вернуть гитару.
– Что?
Она выезжает через массивные кованые черные ворота Креншоу.
– Это не обсуждается.
Внутри него бушует ярость, но он молчит. Всю дорогу они едут в тишине. Высадив его у дома, она ровно говорит ему, что съездит за кое-какими продуктами.
Оставшись дома один, он пронзительно кричит. Дрожа, он доходит до своей комнаты и звонит Лайле. Пожалуйста, ответь. Она отвечает, ее голос, словно спасательный круг, за который он держится, чтобы не утонуть. Сразу же она понимает, что что-то случилось.
Забравшись на кровать, он рассказывает ей о произошедшем.
– Креншоу! – восклицает она. – Ты не можешь перейти в Креншоу.
– Знаю.
– Она узнала про музыкальную студию?
– Да.
– Это плохо. Энни тоже узнала. Мы сильно поругались. Правда, я надеюсь... – её голос резко меняется, и он понимает, что рядом ее папа. – Страница 73. Надо решить нечетные номера.
– Думаю, мое решение – это разбить что-то ломом, – говорит он.
Она смеется.
– Ну, думаю, что это правильный ответ. До завтра.
Нехотя он прощается с ней.
Звонит Лайла. Она шепчет в трубку.
– Знаешь, что я сделала, чтобы ни о чем не думать?
– Разбила все вокруг?
Она смеется.
– Нет. Я создала нам сайт и разместила там наше mp3, указав, что нас можно приглашать на свадьбы! – Она опять смеется. – Посмотри его. Я отправила тебе ссылку. А еще у меня есть план. Завтра вечером встречаемся на углу Сикамор и Двенадцатой.
– Зачем?
– Не скажу. Где-нибудь в семь вечера. Не заблудись.
– Мне хоть понравится?
– Да. Мне пора. – Она отключается.
Он берет ноутбук, относит его на кровать и включает. Найдя ее письмо, он кликает по ссылке .[16]. От вида открывшегося сайта у него перехватывает дыхание. Там их песни. Объединение Млеющих. Все у него, так или иначе, наладится.
Энни/ я присоединилась к песенному квартету, и теперь мы квинтет. Завтра вычеркну наши имена из списка участников просмотра.
Лайла читает сообщение, и сквозь нее проходит волна облегчения. Ей не придется отвечать за Энни. Так даже лучше.
Лайла/ отличная идея. Удачи. Уверена, что у тебя получится.
Трипп приезжает на велосипеде к углу Сикамор и Двенадцатой и ищет Лайлу. Детишки в хеллоуинских костюмах бегают по газону перед кирпичным домом. Лайлы нигде не видно. Звонит его телефон.
– Где ты? – спрашивает Лайла.
Слышать ее голос – первое настоящее удовольствие за сегодняшний день.
– На углу Сикамор и Двенадцатой. Ты где?
– На углу Элм и Двенадцатой. Как доехал?
– На велосипеде.
– Ладно. Тащи свой велосипед, тогда ты меня не опередишь. Двигаясь по Сикамор, пересеки Двенадцатую и иди в сторону Тринадцатой.
– Хорошо. Я иду. Куда мы направляемся?
Район старый, окруженный огромными деревьями. Небольшие домики уступают перед домами, украшенными к Хэллоуину светильниками Джека на крыльце и привидениями, подвешенными к деревьям. Светят уличные фонари. Уже темно, но пока еще видно.
– У тебя такой грустный голос, – произносит она. – Не грусти. Тебе понравится. Продолжай идти по Сикамор.
– Ты там живешь?
– Я живу на пересечении Эш и Десятой. Иди вдоль Сикамор.
– Меня там ожидает горшочек с золотом?
– Да.
– А мне казалось, чтобы найти горшочек с золотом, надо следовать за радугой, а не голосом из трубки.
– Эй, посмотри направо.
Начав переходить Тринадцатую улицу, Трипп оглядывается и видит Лайлу в свете фонаря, в ее руках футляр для виолончели, и идет она в ту же сторону, что и он.
– Привет, мисс Чет.
– Привет, мистер Нечет. Мы сейчас на двух параллелях, – говорит она.