– От всего. Даже неживого. Даже от гранатов. Этот карандаш, даже будучи совершенно неподвижным, будет излучать вибрации-флюиды, потому что состоит из молекул, а молекулы состоят из атомов, а атомы все время колеблются. – Он подносит карандаш к ее уху. – Ты слышишь?
– Нет.
– Ладно, это твои проблемы.
– Думала ведь, что у меня есть проблема, – произносит она. – Но даже не представляла, что такая.
Трипп улыбается.
– Вибрация – это звук; следовательно, у всего есть свой звук.
– И, следовательно, ты слышишь карандаш?
– Мы не можем расслышать карандаш, потому что он звучит на недоступной нам частоте, но звук он издает.
– Как свисток для собак! – говорит она.
– Совершенно верно.
– Так значит, если бы у меня были барабанные перепонки, как у собак, тогда, возможно, я услышала бы, как растут мои кости!
Он усмехается.
Она продолжает:
– На днях я гуляла и видела клен, знаешь, тот, что у входа? Листья на нем были такими красными, и возникло ощущение, что они поют.
– Не только я тут странный.
Она выхватывает у него карандаш и запихивает его за ухо.
– Ну, теперь мы оба заучки по физике.
– А еще я весельчак, потому что пишу песни, – говорит он.
– Хммм, надо активировать мои супер-реснички и подслушать твои мысли. – Она закрывает глаза, делая вид, что погружается в транс. – Невероятно... ты пишешь вальс?
– Ага. И решил назвать его «Гранатовый вальс».
– Хочу его послушать.
– Я уже представляю музыку на куплеты и припев, но пока не дошел до текста.
Подойдя к ее шкафчику, они останавливаются.
– Можем вместе над ним поработать в студии в четверг, – произносит она.
– Сотрудничество, – отвечает он. – Как Бэтмен и Робин.
– Бонни и Клайд.
– Берт и Эрни.
– Джекил и Хайд.
– Может, надо в пример имена музыкантов приводить? – спрашивает он.
Она смеется.
Едва Трипп садится в вагон метро, звонит его телефон, он чуть не простонал вслух, когда увидел, что это мама.
– Трипп! Я хочу с тобой кое-что обсудить. – Её голос неестественно радостный. – И думаю, тебе это понравится. Я договорилась о встрече с консультантом из Креншоу...
БУМ! Все вокруг него рушится.
– Ты шутишь? – говорит он. – Я не собираюсь переходить в другую школу. – Двери закрываются, поезд начинает движение. – Скажи, что ты договорилась о встрече, потому что им нужно новое ковровое покрытие.
– Мне казалось, для тебя это отличное место. Небольшие классы. Первоклассные учителя.
– Заставить меня ходить к репетитору – это одно. Но ты не сможешь заставить меня поменять школу.
– Но в Роклэнде ты ничем не...
– На самом деле, мне начинает нравиться наука, мам. – Поезд с шумом едет по тоннелю.
– Ты не сдал домашнее задание по алгебре. Утром я видела ноль в интернет-журнале.
– Я подтяну оценки.
– Это ты говорил в течение всего второго семестра прошлого года, но так и не подтянул. В любом случае, я договорилась о встрече...
– ...которую и отменишь, – договаривает Трипп.
– ...завтра в 17:30.
– Нет.
– Выслушай меня. – Ее голос становится сахарным. – Это просто предварительная беседа. Если пойдешь со мной на собеседование и будешь вести себя там хорошо и искренне вслушаешься в то, что они могут тебе предложить, тогда я верну тебе гитару.
Земля со скрипом прекращает вращаться по своей орбите.
– Ты вернешь мне гитару? – спрашивает он.
– Да.
– Когда?
– Сразу после собеседования. Мы заедем в магазин и заберем ее.
– Ты серьезно?
– Серьезно.
– Договорились. – Соглашается он, кладет трубку и сразу же звонит Лайле.
Она поднимает трубку и шепчет:
– Привет, мистер Нечет.
– Почему шепчешь? – спрашивает он.
– У меня индивидуальное занятие с доктором Превски, но она вышла в туалет.
– Завтра я верну свою гитару.
– Ура! – шепчет она. – Это здорово.
– Спасибо. Отпускаю тебя. Адьес.
– Оревуар.
– Та-та. Это пока на тайском.
– Неправда. Чирио. Это пока на староанглийском.
– Да пребудет с тобой сила.
– Вот так и говорят заучки.
– Каждый судит сам по себе. – Выйдя из вагона, он замечает играющего музыканта. – Лайла, подожди! Слушай... – Он вытягивает руку с телефоном, чтобы она расслышала звуки трубы. – Я в метро. Тут играют.
– Нам тоже надо попробовать, – говорит Лайла. – Мне пора.
Убрав телефон, он замирает. Эту старую джазовую песню он слышал раньше. Его любимый учитель в начальной школе постоянно напевал ее.
– «Как прекрасен этот мир».
В воздухе парит высокий звук трубы. Трипп представляет, как от каждой ноты возникает эффект волны, посылающий одну звуковую волну за другой ему в уши. Он представляет, как эти звуки играют и вибрируют на его перепонках как на крошечных барабанах, посылая звуковые волны сквозь его тело, играя на струнах его души.
Музыкант ловит его взгляд, и, поняв друг друга, они обмениваются молчаливыми кивками, как музыкант с музыкантом, а песня в это время продолжается.
Лайла раскладывает себе и папе мороженое по чашам, когда звонит ее телефон. Он лежит на столе ближе к папе, поэтому он его берет и смотрит на экран.
– Кто такая Трипп и почему она звонит так поздно?
Лайла подбегает к столу и забирает телефон.
