– Так, значит… «По сообщению пресс-службы Главного управления внутренних дел сотрудниками Регионального управления по борьбе с организованной преступностью во взаимодействии с представителями налоговой полиции и Оперативного отряда милиции проведена операция по обезвреживанию находившегося в розыске особо опасного преступника Лобова. Лобов, пробравшийся в квартиру известного своими разоблачительными газетными материалами об отечественной мафии журналиста А. Валентинова, зверски убил его, однако был заблокирован в помещении. Переговоры с бандитом к положительным результатам не привели, в ходе штурма Лобов был убит. На боевом посту погиб оперуполномоченный РУОП Тарасевич, ранен один из бойцов группы захвата… Ряд участников операции представлен к правительственным наградам и поощрениям правами начальника Главка».
– Да-а, Саныч… Умеешь. Что есть, то есть!
– Можно еще про содействие со стороны Следкова и его Ассоциации, но…
– Да не стоит. Им потом среди своих не отмазаться будет. Пусть лучше считается, что Папа с Минаевым в это время где-нибудь вообще в другом месте… Ни сном ни духом! Поняли, подполковник?
– Хорошо…
– Хорошего мало. – Виноградов прикрыл глаза: талантливый, веселый Петрович, настоящий мужик Лобов, тот опер из регионалки, Сережа Тарасевич, с которым и раньше сводила судьба…
– Мертвым не поможешь, капитан. Думай о тех, кто пока еще… О себе думай!
«Я опишу, я обязательно опишу это, – звучало в мозгу Виноградова. – Я расскажу, как все было…»
Из-под стиснутых век упрямо сочились слезы – очевидно, сказывалось остаточное воздействие газовых гранат.
