«Согласно проведенным исследованиям женщин раздражает в сексе:
– эгоизм мужчины, заботящегося прежде всего о собственном удовлетворении,
– длительные сосредоточенные поиски эрогенных точек,
– разговор по телефону,
– перерыв на поход в туалет в самое неподходящее время,
– «детское» причмокивание во время ласки груди,
– быстрый и «грязный животный» секс,
– носки на ногах партнера,
– включенный телевизор,
– включенный верхний свет,
– разговоры о сексуальных способностях других женщин,
– полное молчание,
– шутки-прибаутки,
– слишком тяжелый партнер сверху,
– слишком быстрое раздевание партнера, который уже голый, когда она еще почти полностью одета,
– секс без предварительного душа,
– убегание в душ сразу после секса,
– мгновенное засыпание после секса,
– колючая щетина,
– слишком длинные ногти,
– беззаботность в отношении безопасного секса,
– принуждение к чему-либо,
– отплевывание ее интимных волосков,
– избегание поцелуя в губы после минета,
– когда он больно щипается и кусается, дует в уши, рвет белье, оставляет засосы…»
Надо запомнить – не плеваться, не щипаться… И вот еще интересно:
«По статистике, проблемы в сексе – основная причина мужских самоубийств, профессиональные и материальные проблемы стоят на втором месте. В Москве ежегодно добровольно уходят из жизни около двух тысяч мужчин в возрасте от 25 до 40 лет, и именно из-за трудностей в сексе…»
Серьезное это дело секс. Впрочем, думать сейчас надо бы о другом – о работе. Но коль так и так уж отвлекся от статьи, то смотрю в почтовый ящик компьютера, а мне – еще письмецо. От некоей Вали: «С шашкой наголо», хочу тебя срочно. Я – замужем. Мне 22 года. Очень симпатичная».
Это все еще анкета моя работает. «…замужем…» А что – бог троицу любит. Отвечаю. Согласовываем. Выезжаю.
Валя оказалась действительно очень симпатичной, моего роста, с высокой грудью, стройными ножками. Какие у такой девушки могут быть проблемы?
Спрашиваю:
– Куда идем?
– Ко мне…
– Ты написала, что вроде замужем…
– Да, – подтверждает она, – но не волнуйся – мужа сегодня не будет абсолютно точно…
Хотелось бы быть уверенным:
– Абсолютно точно?
– Абсолютно…
Она завела меня в спальню. Молча скинула с себя одежду. Легла на распахнутую постель:
– Ну, трахни меня, трахни…
Это был секс сквозь слезы. Они ручьем бежали по ее щекам:
– Тебе больно? Плохо? – спрашивал я в ужасе.
Но Валя трясла головой:
– Нет, нет, нет… Давай, давай, давай…
Когда я отстал от нее, она зарыдала уже во весь голос. Потом промокнула лицо подушкой и злорадно так засмеялась:
– Так ему, так ему…
Я в недоумении:
– Ты о чем?
Валя закурила:
– Представляешь? Я возвращаюсь с учебы пораньше (четвертый курс экономического), а он на этой вот постели мою подругу, гад… Я в комнату вхожу и вижу ее ноги вверх и его задницу. А я его любила… А она – лучшая подруга. Я ей все про него рассказывала. А ему – про нее…
Я почесал ниже затылка:
– Так, может, зря рассказывала?
Валя высморкалась:
– Ничего, теперь мы квиты. Я и простыни не меняла. Это те самые, на которых они трахались…
Я тут же побежал в душ. Потом быстро-быстро собрался. Кто его знает: вдруг муженек надумает прийти мириться? Зашнуровываю ботинки и бац – точно: звонок в дверь. Е – мое…
Я классически заметался по квартире: балкон, шкаф, под кровать. Но Валя не очень испугалась:
– Это не может быть он. Так быстро…
Может – не может. Мне-то что делать?
Она смотрит в глазок:
– Машка? Это Машка – моя подруга.
– Та самая?
– Та самая.
Снова звонок.
– Чего ей надо?
Вали скорчила недоумевающую рожицу. И тут же глаза ее загорелись, она громко спросила:
– Ты одна?
Донесся голос:
– Одна. Нам поговорить надо…
Валя глянула на меня и зашептала:
– Иди в ванную. Я заведу ее на кухню. А ты потом тихонько уйдешь…
