кабиной, да на нём, на его гусеницах, катках и плите на которую втягиваются
2 Трелёвочник – трактор, предназначенный для перевозки древесины в хлыстах.
хлысты ещё полтонны грязи. В общем, вся эта радость тянет где-то под
одиннадцать тонн. Можно конечно стать в позу: ничего не знаю, разбирайте свой
трактор. Снимайте гусеницы, катки, лопату, и тогда его вес станет приемлемым. Но
и Вова, и я знаем, что никто этого делать не будет. Кто там, на буровой, без крана,
его обратно, вручную соберёт. Вот поэтому мы ждём, когда поменяется погода.
Подойдёт циклон, жара спадёт, подует ветер. И вот тогда, может быть, попробуем.
Утро четвёртого дня. Ранний подъём, умываемся, бреемся. Я поглядываю в
окно. На небе пошли облачка, чуть пасмурно, деревья за окном покачиваются,
ветерок потягивает. Не сильно, но потягивает. Мне этот ветерок и чуть более
прохладная погода должны помочь. Идём по коридору на выход из спального
комплекса в столовую. На глаза попадается закрытая дверь с надписью
«Фельдшер». Когда-то перед вылетом мы проходили обязательную процедуру
медосмотра. За этой дверью сидело «чудо» по имени Даша. Мне всегда было
интересно, где они её откопали? Накрахмаленный белый халатик очень
провокационной длины с расстёгнутой верхней пуговкой. Как поётся в песне: «По
моей, по глухоте, не слышны её рулады, но такое декольте, хочешь - стой, а хочешь,
падай!» Голливудская улыбка, слегка ехидная. Прикосновение прохладных
пальчиков к запястью и сладкий голосок: « Командир, а чтой-то у вас пульс немного
частит? И как почивали сегодня?» «Дашенька, при виде вас не только пульс
зачастит. А почивали мы сегодня вашими молитвами». Да-а- а..., нет теперь
фельдшера на оперативной точке. Сегодня наши верховные авиационные «жрецы»
контроль за состоянием экипажа и присмотр за его предполётным отдыхом
возложили на меня, командира экипажа. Теперь я задаю дурацкие вопросы своим
орлам и внимательно нюхаю их ответы. Хотя чего их нюхать, они у меня всё время
перед глазами. И устраивать шоу по поводу пьянок, накануне дня вылета я не
собираюсь. Мы все мальчики взрослые, поэтому правило простое - хочешь выпить,
пожалуйста, но если ты из-за вчерашнего не сможешь работать, тогда прибью сам.
Вообще-то понять логику наших авиационных «богов» не сможет ни один самый
продвинутый компьютер. В базовом порту, где вокруг десятки глаз (и АДП3, и
Метео4, и СОП5, и т.д. и т.п.) медконтроль обязателен, а в глухомани, где до
ближайшего доктора лететь и лететь, а спирт у нас с собой всегда (по крайней мере
в холодное время года), фельдшером в экипаже становлюсь я. То есть, мне
доверяют экипаж, техбригаду, машину. А на базе я такого доверия лишён. Чудны
дела твои, господи!
Поэтому, проходя мимо закрытых дверей медпункта, только вздохнёшь вслед
своим мыслям. Внутренний голос тихо и ехидно напоминает: «Ты бы, балбес, не о
Даше вспоминал и не рассуждал о тонкостях медицинского обеспечения экипажей,
а думал, как трактор утащить!» А чего думать, - утащим как-нибудь. Но себе то, я
отдаю отчёт, что как-нибудь - не получится. Надо крепко думать всем экипажем.
Выходим на улицу, идём завтракать. «Заказчик» Вова-тут как тут. Ну!? Чего,
ну? Сейчас будем посмотреть, как говорится. Пока экипаж пошёл в столовую, я
3 АДП – Административно-диспетчерский пункт
4 Метео - метеослужба
5 СОП – Служба обеспечения полетов
полез на вышку КДП6 - к Валерке - диспетчеру. Почитал прогнозы, послушал
фактическую погоду. Больше всего меня интересует направление и сила ветра у
земли, здесь, на Возее-51,скорость и направление ветра на высоте полёта и
температура воздуха. Слава богу, пока ещё не жарко и ветерок у земли немного
тянет как раз с той стороны, куда я буду взлетать. Он хоть и не очень сильный, но
уже кое-что. Смотрю на диспетчера Валерку (уже ныне покойного), а он на меня:
«Чё, трактор будете брать?» - «Попробуем!» Глядя на Валеру, я всегда думаю, как
он на эту вышку, в этот свой скворечник попадает? Я, худой и длинный, пока
пролезу по этой лесенке, потом под трубами отопления, вечно за что-нибудь
зацеплюсь или стукнусь обо что-нибудь. Я сильно подозреваю, что Валерку краном
поставили на крышу (в нём на глазок центнера полтора), а потом вокруг него
соорудили КДП, оббив Валерку досками и застеклив вокруг. И он со своей рацией и
матюгальником вечный домовой. Этакий домовёнок Кузя, но только очень большой
и добрый. Поэтому я и не помню, - видел ли я Валеру где-нибудь на твёрдой
земле(вне его скворечника).Он наверное там и спит. На завтраке машинально
проглатываю кашу, запивая чаем, а в голове всё крутятся варианты, что и как
