— Ээээ… неизвестный корабль. Идентифицируйте себя.
— Имперский Резак.
— Что-то я не слыхал про такого. — В его голосе слышно неподдельное удивление.
— Новейшая разработка, — снисходительно поясняю ему: — Только с верфи. Вот, испытываю.
— Ух ты… — теперь неуверенность в его голосе сменяется почтением. — Здорово. А мы всё на старье гоняем… И как?
— Ну, как тебе сказать? Внешне нравится?
— Да, красив!
— Вот, а внутри… ммммм…
— Везёт тебе, — уныло констатирует он но внезапно оживляется: — так ты же в розыске!
— Я?
— Ты! Вот! — он подносит к камере какой-то листок. — Вот постановление на твой арест и… — Агент подносит бумажку к свои глазам: — за множественные враждебные действия в системе Neche.
— Признавайся — был там?
Печально киваю.
— Именем Федерации! — От него так и прёт пафосом. — Ты, за совершённые преступления против Федерации Свободных Миров, объявляешься арестованным. Отключай щиты и ложись в дрейф до…
— Слышь, Агент, — прерываю его я: — а ты не того? Это центр Империи. Я — на спец задании от Имперской Инквизиции. И ты, вот так просто хочешь меня заарестовать и конфисковать новейший корабль? Не слипнется?
Но агент непробиваем:
— Ты арестован. При сопротивлении… — и, не дожидаясь моей реакции открывает огонь.
Ну что за нафиг. Вот же, только вылетел, и сразу в драку.
— Бродяга, стволы обнаж… ээээ… активируй.
— Слушаюсь, мой капитан. Я, кроме стволов готова много чего обнажить — для тебя, сладкий.
Брррр… нас тут убивать будут а он… она!
— Потом! Всё потом! К бою!
— Конечно, милый.
Но оружие всё же активирует. И то хорошо…
Мы снова сходимся, успев за время диалога разойтись почти на четыре километра. Агент открывает огонь первым и мои поля вспыхивают от его попаданий.
Перевожу турели в автоматический режим и отвечаю ему залпом из всех лазеров. Спустя миг подключаются пулемёты. Теперь очередь вспыхивать приходит его полям.
Сходимся и я вижу как он отрабатывает по мне из картечницы — на такой короткой дистанции это может быть опасно, но поле выдерживает, хоть и проседает прилично. Сбрасываю скорость и привычно врубаю реверс тяги, подрабатывая маневровыми что бы удержать его в прицеле.
Куда там! Анаконда с недоступной мне грацией проскальзывает надо мной и всё, что я успеваю — это всадить несколько импульсов в её брюхо.
Расходимся и я выжимаю до упора джой, пытаясь развернуть резака мордой к ней. Корабль поворачивается — но медленно, очень медленно.
А агент не теряет времени и моё поле начинает спадать под его залпами.
К чёрту разворот!
Перекидываю всю энергию на двигатели и отрываюсь от него на форсаже. Меня вжимает перегрузкой в кресло и я вижу как столбец индикатора скорости взлетает выше трёх сотен. Оторвавшись на три километра вырубаю полётного помощника и относительно быстро разворачиваюсь — вовремя. Анаконда уже в пределах досягаемости моих лазеров. Как, впрочем, и я для него. Включаю помощника и мы сходимся, осыпая друг друга залпами.
Его поле падает и мои четвёрка моих пулемётов впивается трассами залпов в обнажённую тушу Анаконды.
Увы, но моё поле ненадолго переживает его. Резак сотрясается от попаданий. Целостность его корпуса стремительно падает — но недостаточно быстро.
Расходимся.
У меня остаётся половина, у него — меньше трети.
Сближаемся — и тут он накрывает меня залпом картечницы. Был бы я чуть по манёвреннее — успел бы отвернуть морду, но тут — увы.
— Крак! — по лобовому стеклу начинает змеиться трещина.
Пофиг! И не в таких передрягах бывали — продолжаю полосовать его лазерами, отмечая, как от пулемётных очередей его корпус начинает выбрасывать снопы мелких осколков.
Проверяю формуляр цели — три, ТРИ процента! Сейчас он сдохнет!
— Кра… — в наступившей тишине вижу как в пространство космоса улетают обломки стекла. Моего стекла!
Мимо проносится громада его корпуса и я машинально зажимаю гашетку.
Один процент! Он труп! Разворачиваю. Медленно, чёрт побери — как же медленно! корабль для очередного захода, должного стать последним для агента и замечаю как второй пилот машет руками привлекая моё внимание.
Поворачиваю голову к Бродяжке — она что-то говорит, но с открытым забралом шлема это бесполезно. Стучу пальцем по шлему в районе уха и она, догадавшись, закрывает шлем.
— Сдурела? Ору ей. Сдохнешь, тут же вакуум!
— И что? Мне-то что? Я не дышу, в отличии от… Кстати — воздуха осталось на четыре минуты. Тебе.
Бросаю взгляд на радар — моя цель медленно удаляется в противоположном направлении, не предпринимая акивно-враждебных действий. Даже оружие убрал. Удирает. А ведь догоню!
Начинаю очередной разворот, но Бродяжка останавливает меня:
— Три с половиной. Но ты не переживай — я доведу до Станции. Курс уже я проложила.
Провожаю взглядом уходящую на одном проценте Анаконду и убираю оружие, готовясь к прыжку.
Прыжок.
