Мне хотелось, пожалуй, всего, кроме еды. Мне хотелось спать, хотелось, чтобы меня любили, хотелось, чтобы малыш стал поспокойнее… Мне хотелось получить еще один огромный заказ, аналогичный тому, который недавно я нарыла самым фантастическим способом. Дело в том, что в те недолгие часы дневного сна моего пупсика я продолжала звонить по клиентам. Иногда, когда малыш просыпался посреди моих телефонных переговоров, мне приходилось затыкать ему рот соской и бежать договаривать в ванную, чтобы клиент не услышал детских воплей в качестве фона монолога бизнес-леди. Так вот, на меня свалился огромный заказ, благодаря чему я продолжала существовать на свои собственные средства, не став ни для кого обузой. Видимо, на это я и намекнула маме перед ссорой.
– Так чего же ты действительно хочешь? – не унимался Тобиус. – Запомни, любому человеку, чтобы ощутить душевную гармонию, которую вы именуете счастьем, необходимо сформулировать для самого себя, чего же он действительно хочет.
– Хорошо! Я хочу путешествовать! Но я же этого не могу! Даже если я потащу с собой ребенка, удовольствия от путешествия не будет никакого.
– Мама может посидеть с ребенком.
– Особенно после сегодняшнего! Она не согласится.
– А ты намекни, что если она не согласится, ты пригласишь няню на неделю. Увидишь, что будет.
– Постороннюю тетку к моему мальчику?! – заголосила мама. – Ты что, телевизор не смотришь?! А если она будет над ним издеваться? Поить димедролом, чтобы не орал?! С моим маленьким я в состоянии посидеть сама!
И мама демонстративно прижала малыша к груди.
Затем, правда, она долго недоумевала, зачем мне понадобилась эта Швеция, и почему именно сейчас, и почему именно Швеция… Но я стояла насмерть. В конце концов, наплевав на дипломатию, я выдала текст, суть которого состояла в том, что я устала, что хочу сменить обстановку и деньги на поездку я заработала сама. И вопрос был снят.
Тобиус появился, когда я уже почти заснула. Он молчал, но всем своим видом демонстрировал гордость своей правотой.
– Естественно, – начала я первая, – еще бы тебе не предвидеть мамину реакцию. Ты же ведь ангел, в конце концов. Небось, в твоей книжечке вообще на тысячу лет вперед расписано, кто что скажет, чем дело кончится, чем сердце успокоится…
– Ну нельзя же быть настолько примитивной! – возмутился Тобиус. – Неужели ты полагаешь, что каждый твой взгляд, каждое твое слово предопределены, а от тебя самой ничего не зависит?
– Ну, если честно, мне не хотелось бы так думать, но такая теория существует!
– Глупая теория! От человека зависит очень много. И решения принимает он сам. Мы же можем лишь чуть-чуть корректировать ситуацию. Разумеется, когда речь не идет о неизбежных событиях. Но некоторые умудряются проявлять такую силу, что даже избегают неизбежного…
– Меняют предначертанную судьбу?
– Именно!
– А я смогу побороться с судьбой? То есть с чем-то плохим, но уже предначертанным?
– Что значит плохим?
– Ну с болезнью, например…
Тобиус тяжело вздохнул.
– Твоих болезней тебе избежать не удастся, я надеюсь.
– Надеешься? Ну спасибо тебе, добрый ангел.
– Твоими болезнями ты искупишь свои грехи. Ты почувствуешь, как грамотно бороться с недугом, и передашь свой опыт другим.
– То есть буду подопытным кроликом?
Тобиус вдруг напрягся.
– Надо посоветоваться! – быстро прокричал он и исчез.
Через минуту он появился вновь.
– Разрешение получено, – отрапортовал ангел, даже как-то повоенному.
– Разрешение на что?
– На передачу тебе части сокровенной информации.
Остатки сна улетучились.
– Слушаю тебя, передавай.
– Запомни каждое слово, – затянул Тобиус. – Твоя мама попробует прикрыться твоей энергетикой, как щитом, и тогда ты заболеешь. Не пугайся, ты поймешь, что болеешь за другого. Эта ситуация не принесет облегчения ей, но навредит тебе. И тогда ты, хоть и плохо воцерковлена, должна ходить в церковь каждый день.
– И это все? Так просто?
– Это не просто. Точнее, это для здорового и свободного человека просто. А для больного и занятого это совсем не просто. Но ты должна это делать. А потом расскажешь об этом всем.
– Кому всем?
– Всем, кому это будет интересно.
И Тобиус исчез. Испортил мне настроение на ночь глядя и исчез.
– Я с таким трудом выбил разрешение дать тебе сакральную информацию, а ты еще недовольна! – раздалось откуда-то из-за шторы.
– Информация о том, что я буду болеть, да еще благодаря маме, меня, конечно, не обрадывала. Кстати, скажи мне, милый ангел, мама сделает это специально?
– Прикроется тобой? Естественно, нет. Она будет искать, чем бы прикрыться. Ребенком твоим прикрываться невозможно, он слишком силен, отпихнет любого, вот она и воспользуется тобой.
– Но не специально.
– Если спросить ее, может ли она пожелать болезни своему ребенку, она, естественно, ответит «нет», но, поскольку она привыкла во всем, в том числе и в болезни, искать помощи у окружающих, ее энергетическая оболочка не преминет присосаться к твоей…
