Мы вошли в смежную комнату, оставив свиту стоять в помещении без мебели. Я взял со столика бутылку «Мартеля», плеснул в бокалы и поинтересовался у посла: «Вы же предпочитаете VSOP, считаете, что он помягче? Полностью разделяю Ваше мнение».
Посол уже взял себя в руки.
– Тшто вы себе позволяете? Я доложу обо всём пrавителству Соединённых Штатов!
– Если Ваше сопровождение не доложит раньше.
– Вы слишком самонадеянны для невступившего в должность пrезидента стrаны с такими долгами!
– Видите ли, господин посол… Вы, кстати пейте, не стоит обижать хозяина дома отказом от угощения. Так вот, о наших долгах мы обязательно поговорим после того, как я вступлю в должность, а сейчас я просто хочу подтвердить, что миролюбивая внешняя политика является одним из основополагающих принципов национал-прагматизма.
– Вы, как это у вас говоrят, лезете на rожон. Вы же понимаете, что тиrания… – Господин посол, как говорил один Ваш коллега, давайте не будем сейчас притворяться идиотами и меряться наборами штампов. А то мы сегодня так и не поговорим. Эта, как Вы её называете, тирания – внутреннее дело Славии. И, заметьте, наш дружелюбный народ не громит американское посольство, не жжёт ваши флаги и продолжает покупать чизбургеры. Хотя может уже сегодня получить информацию о том, что шестилетнюю гражданскую войну организовало как раз правительство Соединённых Штатов.
– И всё же Вы лезете на rожон. Вы понимаете, тшто ни Вы, ни тшлены Вашей семьи не сможете rаспоrяжаться своими стшетами за гrаницей? Ваши дети не смогут у нас утшиться. Вся Ваша собственность будет аrестована.
– Господин посол, честное слово, я был лучшего мнения о Вашей организации. Если бы Вы потрудились поинтересоваться, то узнали бы, что у меня нет ни счетов, ни детей, ни имущества. Или Вы были настолько уверены в моей скорой смерти, что даже не стали читать то, что Вам на меня накопали?
– Подумайте о Ваших паrтнёrах. Им это тоже с rук не сойдёт.
– О каких Вы партнёрах, господин посол?
– О тех, котоrые вложили сrедства в Вашу избиrательную кампанию.
– А Вы уверены, что они существуют?
– Вы же сами говоrили о них на нашей пrошлой встrетше.
– Я, господин посол, говорил о соратниках. Вы что-то неправильно поняли. А у соратников денег за границей ещё меньше, чем у меня. Предлагаю налить ещё по одной, у меня есть тост за дружбу между нашими народами, и на сегодня расстаться друзьями.
– Думаю, меня отзовут для консультаций, если Вы понимаете, тшто это ознатшает.
– Я понимаю несколько больше, чем Вы думаете, господин посол, а съездить домой на Рождество и повидать внуков в Аризоне можно и без консультаций. Теперь наши отношения зависят только от Вас. От того, как Вы преподнесёте нашу встречу Вашему руководству, Хотя, честно говоря, я буду рад видеть Вас на моей инаугурации.
Галкин, взявший на себя доведение ситуации до логического завершения, сообщил, что после ночного душа у нашей крепости многие разбежались, также рассеялась значительная часть тех, кто оставался на площади Согласия. Общее количество задержанных составляет около полутора тысяч человек. Оказывается, под Центральным Дворцом Культуры ещё с советских времён расположено огромное бомбоубежище, где он и решил разместить всю эту толпу. Пусть обсыхают там. Милиция зафиксировала повреждения в прилегающих к площади зданиях, составлены протоколы, началась оценка ущерба, также выясняется стоимость приведения в порядок самой площади.
– Егорыч, я вот умом понимаю, что не царское это дело – фигнёй заниматься, но у меня нет сейчас никакой возможности делегировать полномочия. Я хотел бы, чтобы этим уродам не пришлось гордиться тем, что они политические узники, нужно раскатать их на материальное возмещение. Прагматизм, опять же.
– Я Вам больше скажу, Максим Евгеньевич, всех наших врагов нужно будет судить за воровство, а не за борьбу с Вашим кровавым режимом. Так народу понятнее будет и иностранцы легче перенесут.
– Какое им вообще до нас дело? Где мы и где иностранцы?
– Я понимаю, что вопрос риторический, но подыграю. С таким отсутствием ископаемых, как у нас, если бы Славия находилась где-нибудь в центре Африки, дела бы не было, а поскольку мы – в подвздошье России, всё, что у нас происходит, вызывает мгновенный интерес мирового сообщества, а если не происходит, то это нужно организовать. А пока я, с Вашего позволения, займусь организацией работы госорганов. Да, думаю, выводить жигаринцев из Стóлицы далеко не стоит. Пусть станут лагерем километрах в десяти от города. Палатки с утеплителем и «буржуйки» реквизируем на главных армейских складах. У генералов пока, слава Богу, хватает ума не вмешиваться.
– Нужно будет перед их выходом подъехать – поблагодарить.
– Отличная мысль. Я понимаю, почему людям нравится с Вами работать. Даже мне, старику… Эххх. Думаю, через полчаса можно будет выезжать.
