Но ведь была ещё одна возможность, ещё один выход из создавшегося положения! — скажет читатель.
Да, и этот «выход» я тоже не мог не иметь в виду.
Попытаться легально занять место Горбачёва. Встать во главе Союза, начав заново его реформу «сверху». Пройти путь, который не сумел пройти Горбачёв из-за предательства своего ближайшего окружения. Постепенно, планомерно демонтируя имперскую машину, как это пытался делать Михаил Сергеевич.
Возможности для этого были.
Бороться за всенародные выборы Президента СССР. Сделать российский парламент правопреемником распущенного советского. Склонить Горбачёва к передаче мне полномочий для временного исполнения его обязанностей.
И так далее.
Но этот путь для меня был заказан. Я психологически не мог занять место Горбачёва.
Так же, как и он — моё.
В ночные часы
Я очень люблю холодную воду. Даже, можно сказать, ледяную. В морскую воду лезу глубокой осенью, когда на пляже ни единого человека. Люблю чистые лесные озерца, речки с ключевой водой. Ноги у меня не сводит судорогой даже при низкой температуре, я устойчив к холоду. Вода обжигает, аж дух захватывает.
Особенно здорово прыгнуть в прорубь после бани. Баня тоже моя слабость, но только не финская, русская. Это с детства. Отец приучил к этой закалке, к банному мокрому счастью, когда душа отходит, раскрываются поры и только ждёшь этого блаженства ледяного.
Вообще я принадлежу к тому довольно известному типу русских людей, которым важно постоянно подтверждать свою физическую силу, свою способность преодолевать что-то, дышать глубоко (и обязательно чистым воздухом), давать себе нагрузку до полной усталости.
Для меня это связано с детством (оттуда все примеры, которые ребёнок усваивает очень прочно, навсегда), а детство — с деревней, с физическими нагрузками, с трудом. Там, если не развивать силу, — пропадёшь. К счастью, я и родился физически сильным. Но быть сильным — это и обязательное желание победить. И надо сказать, это качество мне в жизни пригодилось. Многовато у меня было в жизни разных неприятных приключений…
Ну, об авариях разговор особый, но вот такой случай, например. Как-то мне делали операцию, что-то там с кишечником. Утром, я ещё только отходил от наркоза, думаю, надо сходить в туалет. И что бы мне нажать кнопку, вызвать сестру. Да неловко как-то, стыдно просить. Врачи сказали, чтобы пластом лежал минимум неделю. Я сделал несколько шагов. Упал. А там около кровати две кнопки, одна наверху, другая внизу. И я к этой нижней кнопке ползу, уже туман в глазах, сознание теряю, но про себя знаю, что кнопка тут должна быть, должна, должна… и нужно до неё дотянуться. И я все-таки сделал это последнее усилие, уже в полной отключке, но дотянулся.
Лежал потом, не шевелил ни рукой, ни ногой. Восстанавливался довольно долго: сначала даже ходить не мог, задыхался. Ну, потом ничего, стал опять спортом заниматься.
Спорт меня спасал всегда. Это помимо того, что в молодости он дал мне заряд на всю жизнь.
Я, конечно, иногда рискованно обращаюсь со здоровьем, потому что на свой организм очень надеюсь. И как-то не особенно берегусь. В Свердловске был у меня отит, воспаление среднего уха. Любой ребёнок знает, что в тепле надо сидеть, пока не пройдёт. А я решил ехать в Североуральск, в командировку — а там мороз, ветер, снег, пурга. Командировка есть командировка — не только в машине сидишь: надо смотреть, разговаривать, как-то втягиваешься потихоньку и забываешь про все… Я ещё в карьер забрался, а там жуткий ветер — с ног валит. И так меня прохватило! Вернулся — сразу на операционный стол. Эта моя неосторожность потом повлияла на здоровье, на вестибулярный аппарат. Восстанавливался не один месяц.
А в волейбол — по-настоящему, через сетку — играл в последний раз в 1986 году. Это было в Пицунде. После этого вдруг защемило позвонок. Тяжёлое состояние, и от Москвы далеко, а местные врачи ничего не могут сделать. Тогда нашли где-то массажистку, народную целительницу. Хрупкая на вид женщина, а какая у неё крепкая рука. И знала каждую косточку. Во время её массажа была дикая, конечно, боль. Прямо до крика доходило. Тогда она меня поставила на ноги.
И, наконец, операция в Испании.
До Барселоны из местечка, где проходил политологический семинар, куда меня пригласили, лететь надо было небольшим шестиместным самолётом.
