Макс рисует круги и руны, закладываем по минимуму пластида, лишь бы стерло рисунки и обвалило пещерку. Открываем окно, спуск прямо в лес. Нормально, никого, тишина, начинается дождь. Ну и хорошо, неспешно выбираюсь на дорогу, достаю «Пежо» на магии и через час мы на окраинах Парижа. Прячу авто и под скрытом лечу на улицу Дезире Шартон, магический сканер показывает, что Пьер где-то там. Через квартал есть параллельный закоулок Сантье де ла Ферм, он хорош обилием палисадников с зелёными насаждениями. Там ухожу под землю и на глубине десять метров выдвигаюсь к дому Пьера. Поднимаюсь практически в подвал и начинаю сканировать, фиг я вам без разведки куда сунусь. Первый этаж пуст, второй тоже, мебель на месте, но везде толстый слой пыли и видно, что давно никто не заходил. Пьер у себя, на третьем, лежит на диване перед телевизором и храпит. А раньше телека не было. Простой такой, чёрно-белый, с кинескопом, навроде первых «Рекордов». Горланит хорошо, что-то спортивное показывает. Собственно, на этаже кроме телека и дивана ничего и нет. Никакой мебели, даже холодильника на кухне.
Макс докладывает, что клиент в стельку пьян и общее состояние организма далеко не очень. Лечить надо. В помещении подсматривающих и подслушивающих устройств не обнаружено, чего ну просто не может быть.
- Чего тут непонятного, сканируем соседние дома, наверняка дистанционная прослушка со стекла, она ещё лучше, чем жуки.
Засада была, причём не одна. В доме напротив через улицу и в соседних домах тоже. Оборудование у всех, размером с шифоньер. Один сидит в наушниках, двое рядом в карты играют. И таких три группы. А нас тут ценят, любят, уважают. И ждут, явно ждут.
Тэкс. Разговор в квартире исключён, телевизор нисколько не помешает слухачам, уж я-то знаю. Тот вон хрен, в доме напротив, давно уже отфильтровал звук телевизора и слушает только храп Пьера. Пульт у него, навроде синтезатора, компрессор-шумоподавитель системы Долби. Ну может здесь и не Долби, суть дела не меняется. Тихо просовываем активный щуп на третий этаж и забираем Пьера в хран. Отхожу на прежние позиции на переулок Сантье и опускаюсь на сорок метров под землю. Делаю пещеру, стол, два стула. Четыре магических светильника по углам, на стол ягодный морс в кувшине и бокалы. Достаю Пьера и прикладываю к нему эльфийскую лечилку. Амуль задумчиво моргает четыре раза, пациент проснулся. Смотрит на меня с удивлением, озирается по сторонам. Наливаю бокал морса, пей давай, водный баланс надо восстанавливать.
Говорю по-русски:
- Что, дорогой Пьеро, не узнаёшь своего троюродного братца Микеле?
- Если бы не этот холодный взгляд маньяка, ни за что бы не узнал. Человек со средним пальцем во взгляде. И в голосе что-то есть.
- Это хорошо, что ты способен шутить, значит ещё не совсем потерялся. Рассказывай, как ты тут жил всё это время, вижу, что не очень. Неужели все крюгеры от Марка просадить умудрился?
- Веришь, все. У меня осталось только то что на мне из одежды, да телевизор, диван в доме не мой. Аренду за квартиру уже три месяца не платил, собираюсь податься в клошары. Эти пидарасы из спецслужб перекрыли мне весь кислород, никаких заказов не стало. И всё принуждали работать на них, а у меня переклинило, вот хрен вам в задницы, чтоб голова не качалась. Сначала пить начал для вида, а потом втянулся. Вот и докатился, чёрт его знает что делать.
- Со мной пойдёшь?
- Пойду, куда хочешь пойду, достали меня тут совсем, надоело всё.
- Есть что забрать с собой, в доме или ещё где?
- Ничего нигде нет, вот паспорт с собой и три франка. Телевизор в доме, пусть останется как плата хозяйке за квартиру.
- Там, куда мы пойдём, тебе этот старый хлам не понадобится. Значит уходим.
Прячу Пьера в хран. Прибираюсь в пещере, сама полость пусть остаётся, засыплю только проходы наверху. Возвращаюсь под подвал дома на Дезире Шартон, телевизор уже прекратил трансляцию и тихо шелестит белыми мухами на экране. Слухачи в засадах явно прислушиваются, исчез храп пьяного человека. Активным щупом дёргаю за верёвочку унитаза. Здесь старая конструкция, бачок наверху. Вода с рёвом устремляется по трубам, слухачи срывают наушники и бегают по комнатам с воплями «засранец», как ещё перевести с французского «конна», не конь же. На этом быстренько засыпаю проход под кварталом ранее вынутым грунтом и улетаю в лес, на окраину Парижа. Сейчас глубоко за полночь, в лесу темно и сыро. Спать не хочется, по моим часам максимум обед. Сканер показывает, что Жози где-то на юге румба два к западу, а там у нас Испания и Португалия. Отсюда до Бильбао полтора часа лёта, максимум два, если дождь огибать. Там уже не Франция и много скалистых берегов. Старт.