– Добрый день! – Иваныч привлек внимание зама, они обменялись рукопожатием. После чего Васильев, усмехнувшись, прошел в курилку. Светлана тем временем быстро собрала свои вещи, взлохматила голову Тробченко, усевшегося на ее место, и покинула офис. Рыжов отправился в моментально затихший риелторский отдел. Алексей огляделся по сторонам и подгрузил себе интернет. Проверил свою почту и, улыбнувшись, погрузился в какой-то чат. Периодически отвлекаясь на очередной звонок телефона.
За первый час его новых обязанностей позвонило около двадцати человек. Звонков от клиентов было не так-то много, в основном рекламные агентства, предлагающие свои услуги, фирмы, готовые установить на все компьютеры справочно-правовые системы «Гарант» и «Консультант Плюс». Раздавались и звонки, после которых незнакомый голос истерически требовал главного бухгалтера и с жаром доказывал, что новая бухгалтерская программа защитит фирму от нападения представителей всех правоохранительных органов, включая органы внутренних дел, налоговую, МЧС и службу внешней разведки. Тробченко героически выдерживал напор рекламных агентов, ссылаясь на тяжелую политическую обстановку в мире. Кроме этого, без отрыва от производства ему пришлось по заданию главного бухгалтера Зои Семеновны Моржовой отксерить пару квартальных отчетов. Это Леша делал уже откровенно матюгаясь про себя и повторяя, что не для того он получал высшее образование, чтоб у ксерокса стоять, как дурак. Он даже всерьез обдумывал вариант ксерокопирования какой-нибудь части своего тела. После чего эта ксерокопия была бы подложена в один из квартальных отчетов или балансов – на радость налоговым инспекторам. Но благоразумие удерживало его от этого опрометчивого шага. Плюс ко всему через каждые пять минут к нему подбегал кто-нибудь из риелторов, чтобы отправить или принять факс. А Ольга, помощник бухгалтера, забежавшая взять степлер, пропела Леше о том, что, когда у нее будет своя аудиторская фирма, то она непременно возьмет его в свои личные секретари-референты. Так прошли первые два часа вынужденной командировки. В конце которых в офисе наконец-то появился Глебов.
– Вау! У нас новый секретарь! – Саша остановился у Светиного стола. – Алексей, я только что вернулся с дальней дороги…Вы не соблаговолите приготовить мне кофе?
Тробченко поднял глаза и сквозь зубы произнес:
– Читай по губам: «Иди ты на…»
– Понял! – почтительно склонился Глебов. – Удаляюсь…
Через некоторое время у секретаря зазвонил телефон. Тробченко поднял трубку.
– Алло! Добрый день! Слушаю вас!
– Добрый день, а как мне поговорить с вашим бухгалтером?
– Да пошел ты на фиг! – рявкнул Алексей и повесил трубку.
Вновь звонок.
– Слушаю вас!
– Соедините меня с менеджером по рекламе.
– Fuckoff! – и положил трубку. Снова звонок.
– Да!!!
– Мы хотим предложить вам офисную мебель! У вас продается славянский шкаф? – неслось из трубки.
– Саня, уймись! Прекрати сейчас же! Приготовлю я тебе кофе…если хочешь! Только не звони сюда больше! Нам с тобой действительно надо поговорить, но не сейчас! – Леша чуть не плакал.
– Да, ладно! Не надо! – из трубки послышался довольный голос Глебова. – Береги себя! Увидимся на перекуре.
Александр положил трубку, широко зевнув, и стал разбирать сумку с документацией.
– А Петровна где? – поинтересовался он у Васильева.
– На переговоры уехала. Будет часа через два.
– Ясно. Кстати, мне никто не звонил?
– Вся твоя банда: Макс, Марфа, Ксения. У вас что, опять загул намечается?
– Почти, – ухмыльнулся Саша, – Марфа и Марат решили узаконить свои незаконные отношения.
– Свадьба?! – воскликнул Васильев. – Это здорово!
– Ага, и особенно актуально после семи лет совместного проживания, – зевнул Глебов, набирая чей-то номер. – Привет, Макс! Чего хотел? Поздравить хотел…спасибо…угу…пошел ты…вам с ними в следующем туре встречаться…да…и я с интересом посмотрю, как вы после удаления и пенальти в ваши ворота будете с ними на равных играть…Что?!
Далее последовала пятиминутная речь Глебова, где он умудрился объясниться в любви ко всем судьям на свете, команде соперника и вообще к футболу, применяя в своем выступлении исключительно предлоги «в» и «на». После чего, несколько поостыв, он поинтересовался у Макса о его новой подружке и о каком-то сюрпризе к свадьбе. Договорившись о пятничном совместном времяпрепровождении, Глебов положил трубку, задумчиво посмотрел на телефон и неожиданно выдал:
– Я тут представил – мне сорок лет и я продолжаю работать здесь мальчиком на побегушках, набираю договора, ругаюсь с сотрудниками различных ведомств, пытаюсь разобраться с каждым новым контрактом, пьянствую по пятницам, а иногда и среди недели. Никаких перспектив впереди, своего потолка в фирме я, можно сказать, достиг. Тоскливо становится. Жизнь прекрасна и беспросветна. Работу, что ль, сменить? Да привык я уже здесь, а на такую начальницу, как Петровна, только молиться можно…
