Под горой находился мост, через который мы переезжали вечером. Он был вполне нормальной для моста формы, и я решил, что-то была усталость с дороги, и форма слона мне просто показалась. Река под мостом была необычной: вода поднималась волнами по всей поверхности, но возле берега волн не было. Издалека был виден песчаный берег, и купающихся детей. Свет солнца отражался от горы, и цвет волн был желто-зеленым вдалеке, и тёмно-синим возле берега, как будто столкнулись две разные реки: бурная и спокойная.
– Смотри какой пляж, погнали искупаемся? – предложила Мия.
– Давай, только нужно пожрать что-то. Пойди замути что-нибудь, я вчера купил по дороге перекус.
– Ок, – сказала Мия и вышла с балкона.
Я провожал её взглядом: она пропала при переходе комнаты, и появилась возле кухни. Еще пару минут я полюбовался видом с балкона, и пошел завтракать.
– Где наши шмотки? – спросил я доедая сосиску с варёным яйцом.
– Там, где и вчера, в коридоре.
Я убрал за собой со стола, и пошел к сумкам с вещами. Переход в коридор был всё тем же тёмным пятном на стене, и я уже не боясь вошел в комнату. В комнате всё так же валялись наши сумки, но шторы на окне были полностью открыты, и комнату наполнял яркий дневной свет. Мия зашла следом, и начала разбирать сумки. Немного покопошившись, она подошла к окну:
– О блять, а где домики на горе?
Я подошел к окну, и посмотрел на гору. По мере выхода солнца, гора меняла тональность, и сейчас казалась уже не такой яркой как час назад.
– Та не гони, вон домики.
– Ты чё ебанутый? Там лес. Куда делись домики?
– Это ты ебанутая, там домики.
Мия с недовольным видом собрала шмотки и вошла в тёмное пятно на стене. Я остался возле окна, и пытался понять, где она увидела лес. Было много вопросов, и мало ответов. Я собрал остатки вещей и пошел за ней.
***
Войдя в комнату, я снова увидел большой стол. По мере прохода к кровати, стол растворился, и комната казалась пустой в центре. Мия переоделась в шорты и топик, и красила глаза сидя на краю кровати.
– Ты думаешь я дура? – внезапно спросила Мия, не отрываясь от накрашивания глаз.
– Что значит думаю, я знаю.
Мия оторвалась от процесса и с злобным взглядом посмотрела на меня:
– Ты чё, совсем охуел? Я приперлась с тобой в эту чёртову дыру, и ты ещё думаешь, что я дура?
– Ну, квартирка нормальная, хоть и странная, так что пока не такая уж и дыра, а насчет леса ты психонула.
– Та не было там домиков, они пропали.
– Как могут пропасть домики? Это же не одуванчики, которые ветром сдуло.
Мия побежала на балкон проверить наличие домиков. Минуту спустя, она вернулась в недоумении:
– Блять, точно есть. А чё их с коридора не видно?
– Всё там видно, не еби мозги.
Я одел футболку и шорты, и мы направились к выходу. Ключ от квартиры лежал на столике возле входа, и взяв его, мы пошли к двери. Дверь загадочным образом открылась сама. Мы вышли, дверь так же сама закрылась, и превратилась в кривую груду железа. В дневном свете этаж представлял из себя коридор с дверьми, и больше напоминал гостиницу. Двери были расположены близко одна к другой, и я совершенно не мог понять, как у нас была такая большая комната, если дверь к соседям была в паре метров от нашей. Эта мысль не давала мне покоя, и я в раздумьях не заметил, как вышел на улицу.
Яркое солнце освещало двор. Столик возле входа был пуст, и вообще на всей улице не было ни одного человека. Через дорогу от дома был склон, внизу которого виднелись постройки, больше похожие на землянки, вырытые в других холмах. Долина представляла из себя каскад холмов, переливающийся разными цветами в лучах солнца.
– Пошли посмотрим на берег, – предложила Мия.
– Погнали.
Дом был построен из красного кирпича. Это было четырехэтажное здание с множеством окон, и не имело ни одного балкона с входной стороны. С торца дома было пристроено пятиэтажное здание коричневого цвета, которое напоминало панельный дом времён СССР. Оно было продолжением кирпичного дома, и имело закруглённую форму. Окна на стене располагались хаотично и стены вокруг окон была белого цвета. Издалека весь дом напоминал хуй, посыпанный сахарной пудрой.
– По ходу это и есть блочка, о которой вчера дед говорил, – подытожил я.
– Наверно, других блочных пристроек тут не видно.
– И где вообще все люди? Даже котов с собаками нигде не видно.
Мы обошли блочку, и по дороге я думал над словами Мии: ведь действительно, ни котов, ни собак, и даже птиц видно не было. Под балконами находились очень ухоженные небольшие участки, засаженные клубникой. Они казались оазисами на поле из засохших бурьянов. Все участки были просто идеальны, на них не было не единой соринки, и все они были разделены полосами из сорняков шириной около метра. Долее за клубникой стояли засохшие деревья, по высоте почти достигающие третий этаж. По виду казалось, что это были абрикосы: корявая структура и хаотичное распределение веток давала понять, что никто никогда за ними не ухаживал.
