Конец нашей колонны танков и автомашин теряется в Красне. Кажется, по шоссе ползёт огромная серая гусеница, разрезая тёмно-зелёный разлив поля, на котором рощи и хутора выглядят, как островки. Солнце клонится к западу. Там, где скоро заалеет закат, в Западный Буг под острым углом впадает его приток, тот самый, который я переехал на окраине Красне. Мы движемся в треугольнике этих рек по шоссе вдоль железной дороги. Юго-восточнее, где-то километрах в десяти, также на Броды, идёт другая дивизия нашего корпуса. Должно быть, это над ними кружатся немецкие самолёты.
Где-то слева захлопали танковые пушки, над головой сердито проурчал снаряд, тоскливо заныл и разорвался впереди на шоссе. Будто какая-то пружина развернулась и бросила меня влево. Автоматически выбросил сигналы: "Противник слева", "Делай, как я". А что делать - и сам не знаю. Противника не видно, да и откуда он там может появиться - из-за реки, что ли?
Но вот в вечерних солнечных лучах в километре от нас на живых красках поля я увидел мёртвый цвет железа. От рощи и кустарников отделялся угрюмый серый вал. Утопая D яркой зелени поля, он плыл на нас. Вот он достиг голой пахоты, и уже простым глазом видны знакомые мне командирские башенки, тупорылые носы, тонкие щупальцы пушек. Впереди, у Буска, цепочка таких же танков сползала с шоссе влево. Теперь ясно! Они появились из Буска, с хода развернулись в атаку и, заходя слева, хотят прижать нас к Бугу.
- Немцы! В атаку идут!.. - крикнул Никитин и скрылся в башне, откуда тотчас послышался лязг затвора пушки.
За нами идёт полк Болховитинова. Вижу, что Мазаев принял мой сигнал и заметил немцев, хоть они от него ещё довольно далеко. Его батальон, круто развернувшись влево, врезается в рожь и, вытянувшись в линию, молча идёт навстречу противнику. По жёлто-красным флажкам, передающим сигналы, узнаю танк Мазаева. Рядом с ним, ближе ко мне, по пояс высунувшись из башни, забирает правее Герой Советского Союза лейтенант Фролов. Вдали, вздымая пыль, разворачивается второй батальон полка Болховитинова.
Что же делать мне со своими "малютками"? Идти в атаку или выдвигаться вперёд к Буску? Немцы развернулись влево от шоссе, инстинкт самозащиты тянет меня вправо, к Бугу, поблёскивающему в километре от шоссе. Ведя огонь из пушек, отхожу вправо и продвигаюсь по берегу реки вперёд к Буску. Удаляясь от своих и немцев, увязших в бое, кустами подхожу к местечку. Вот уже близко первая улица, упирающаяся в реку. Там мост. Мелькает мысль, что мы должны перейти через него, чтобы выйти к Бродам, и я кричу Кривуле:
- Захватить мост!
Он одобрительно кивает головой. "Это и есть моя задача", - твердо решаю я и повторяю сигнал "вперёд". Меня мучит вопрос, откуда пришли немцы. Если из Радзехува, то всё пропало - мост в их руках, я наткнусь у него на немецкие танки.
Но, может быть, они из Каменки, тогда я успею захватить мост раньше, чем они подойдут к нему.
До моста по улице местечка около километра. "Только бы удалось захватить его, а держать уже буду до последнего", - думаю я и все-таки ещё раз оглядываюсь на поле боя.
Полк Болховитинова развернулся и идёт в атаку. Батальон Мазаева забирает правее, ближе к Буску, видимо, хочет ударить немцам во фланг. Раньше я видел чёткие линии машин, теперь наши танки не держат строя. Ревя моторами, сверкая выстрелами, обгоняя один другого, они несутся на врага, как табуны коней. Три дня бомбёжки, смерть товарищей, обожжённые трупы детей и женщин - эшелоны смерти на станции Винники мщения, нет пощады врагу!
От садов западной окраины местечка отделяется новый вал, вон, вдалеке, показался третий. "По меньшей мере - триста танков! Хотят нас захлопнуть в междуречье!" - думаю я и кричу:
- К мосту, к мосту! Скорей, скорей! Газ до трубы! Машина стонет от натуги, подпрыгивает на неровностях улицы, точно хочет оторваться от земли. На той скорости, которой только может похвастаться БТ, Гадючка гонит танк к мосту. Ещё немножко - поворот направо, и мы у моста.
- Стоп! Стоп!
Но Гадючка не успевает затормозить, и мы проскакиваем дальше, уже виден другой мост - через приток Буга. На наших глазах с него съезжает немецкий танк. Он скрывается в направлении боя.
Вот откуда немцы - из Каменки! "Сюда!" - показываю я флажком идущим за мной танкам. Здесь, под прикрытием дома, я оставляю Кривулю со всеми машинами, за исключением одной, которую беру с собой, возвращаясь к мосту через Буг
На противоположном берегу реки мирно дымятся кухни, наши артиллеристы кормят лошадей. Видимо, бой еще не застал их на привале, они видят немцев, не поймут, откуда они появились, кто ведет бой.
- Развёртывай пушки, немцы сзади! - кричу я командиру батареи, показывая рукой в направлении боя.
Решив, что здесь оборона достаточно сильная, опять направляюсь к мосту через приток Буга, где оставил Кривулю. Там поднялась сильная пушечная стрельба.
